ФРПГ Spandau - Альтернативная история Третьего Рейха: вампиры в Берлине. Смешанная система отыгрыша (эпизоды и локации), активный мастеринг, рейтинг - NC-21. Конец сентября, начало октября 1985 года
Рейтинг форумов Forum-top.ruВолшебный рейтинг игровых сайтов Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Вверх страницы

Вниз страницы

Spandau

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Spandau » Прошлое » Стокгольмский синдром


Стокгольмский синдром

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

хНазвание: Стокгольмский синдром.
х Место и время: незадолго после возвращения Хайнриха Радецки с войны.
х Описание: осознавал это Хайнрих или же нет, но вурдалакша из стаи Бальдура, Юльхен, была убита его руками, пусть даже в момент искусственно созданного безумия. Теперь она вернулась к нему видением во сне - впервые за прошедшее время. Кто знает, был ли этот сон первым и последним?
х Участники: Хайне, видение Юльхен (играет Хельга)


Атмосфера: Muse - Stockholm Syndrome

0

2

- Хайне...
Тихий, ненавязчивый шёпот сквозь пелену сна. Тихое порыкивание, бормотание, а потом снова:
- Хайне...
Упомянутый Хайне спал. Мирно ли, спокойно? Вряд ли. Война не пощадила его.
Тихий голос звал, будто призывая проснуться. Откуда-то сверху, со стороны изголовья кровати. Знакомый голос, похожий на детский. Вампир точно мог сказать, что это - не сестра. Кто-то ещё знакомый, запечатлевшийся в памяти.
- Хайне, - уже более настойчиво повторил голос. Порыкивание, похожее, скорее, на скрип несмазанной двери, потом, казалось, кто-то шумно втянул в себя воздух - ветер?
- Хайне заставляет долго ждать, - тихо и хрипло прошептали в самое ухо, растягивая гласные. - Вожак так не делать, - голос был неестественным и в то же время казался слишком реальным.
После этого затихло всё вокруг, оставив лишь напряжение от ожидания и лёгкий запах чьего-то безумия. Теперь сон начинал становиться ещё более нервным.

+1

3

Если бы Хайнрих был истово верующим, который вовремя приходит на исповедь, не пропускает ни одной молитвы и соблюдает пост, то он молился бы только об одном - чтобы ему больше никогда не снились сны. Не орать во сне первое время помогало только то, что за это вполне себе могли подстрелить или сделать еще что-нибудь гнусное, лишь бы вампир не мешал. Это уже после возвращения он во сне яростно скрежетал зубами и пугал этим Мики. То, что ему снилось, было малоприятно и весьма однообразно, так что когда в его сон пришла Юльхен, он сначала даже решил, что все это происходит с ним в реальности.
Есть такие сны, когда тебе кажется, что ты проснулся и уже можешь действовать как-то самостоятельно, но на самом деле ты все еще продолжаешь спать, просто переместился на другой уровень сна. Сейчас на этом уровне между сном и пробуждением и находился Хайнрих.
Он не помнил этого голоса, не помнил, кто звал его. Кто-то случайно знакомый, перед кем он провинился, кто-то когда-то увиденный, но кто? Он не помнил эту девочку или девушку. Однако же, она продолжала настойчиво звать его к себе.
Губы спящего вампира приоткрылись, выдыхая имя, которое открылось в памяти после того, как его назвали "вожаком". Уверенно, твердо.
Он вспомнил.
- Юльхен.
И практически сразу же бесплотный дух с голосом приобрел материальную форму девочки в защитном костюме и с куклой в руках.

+1

4

- Хайне помнит Юльхен, - радостно выдохнуло видение. Девчонка стояла у изголовья кровати. Переминаясь с ноги на ногу, будто уже давно нетерпеливо ждала, когда же проснётся вампир. - А Хайне помнит Анну? Юльхен потеряла Анну, когда умерла, Юльхен переживает сильно-сильно.
Вурдалакша склонила голову на плечо и замерла на некоторое время. Помолчала.
- Анна у вожака? - тихо спросило видение чуть позже. - Юльхен пусто без Анны. Юльхен пусто без Хайне и Анны, - добавил призрак тоном, резко сменившимся на жалобный и плаксивый, и выжидающе уставилась на своего "вожака".
Тяжёлая и липкая, неестественная тишина обволокла помещение, заполнила собой пространство и будто заткнула уши пробками. Юльхен замолчала, нависнув над изголовьем кровати, застыв и не решаясь сдвинуться с места. Наверное, ждала. Будто бы пришла небольшим фрагментом, кусочком от всего сна, и уже собирается раствориться в общем потоке переработанных эмоций. И, вроде, вот она, рядом, смотрит чуть ли не в душу, но... Протяни руку - и пропадёт, исчезнет. Лишь видение, лишь эмоции.
В помещении стало холодно.

+1

5

Тот, кто считает что вампиры всего лишь мертвые существа, неспособные чувствовать боль, холод или еще что-то - этакая машина для убийств - слишком мало о них знают да и то по рассказам. По рассказам заезжего выпивохи с Шарлоттенбурга. Который никогда не бывал в Шпандау и слышал о нем через пятые руки.
Хайнрих чувствовал и холод и липкую темноту, которая обволакивала его. Сквозь нее все звуки приглушались, отчетливо слышался только звонкий голос Юльхен.
Но Юльхен - мертва. - навязчиво прокралась в голову мысль. Он ведь так и не нашел ее на поле боя и для себя решил, что девочка умерла. Но вот она - стоит перед ним и радостно говорит про Анну... До тех пор, пока не произносит слово "умерла", которое больно ударяет по натянутым до предела нервам.
- Хайне помнит Юльхен. - он протягивает ладонь, чтобы приласкать девушку с разумом ребенка, но понимает, что это всего лишь видение, созданное его больным воображением и чувством вины. Однако на секунду ему захотелось поверить, что он все еще может говорить с ней, живой и настоящей.
- Хайрих помнит Анну, но у Хайнриха нет Анны. - он, подражая ей, отвечал о себе в третьем лице.
Гребанный ты вожак, даже куклу девочке не сохранил.
Холод заставлял тело трястись в лихорадке, где-то в реальном мире Хайнрих Радецки громко застонал, стиснув зубы, метаясь в собственной постели.
А в мире снов он сел, глядя прямо в глаза девочке-призраку.
- Мне очень жаль. Ты понимаешь слово "жаль"?

+1

6

- Жаль?
Девочка задумалась. При этом остекленевший взгляд не отрывался от глаз вампира. После пары минут молчания Юльхен произнесла:
- Да. Понимаю. Знаю, что такое. Мне тоже жаль. Придётся возращаться далеко-далеко. Там ещё грохочет небо, там страшно. Но Юльхен постарается справиться.
Взгляд устремился да-то вверх, и призрак ударился в воспоминания.
- Ведь так уже было, когда разрушили Шпандау, - медленно моргнув, Юльхен снова опустила взгляд, - значит, Юльхен не должно быть так страшно.
И тут вурдалакша всё-таки сорвалась со своего места, подойдя на пару шагов ближе. Неуклюже, прихрамывая, всхлипнув. Постояла, дёрнулась словно забитый зверь, и сделала ещё пару несмелых шагов. А потом ещё. Но подойти совсем близко ещё не решалась.
- Хайне хочет со мной? Пойдём вместе, вместе будет совсем не страшно, - если под этим высказыванием призрак что-то и подразумевал, то только то, что непосредственно сказал. - Бальдура мне не найти. Бальдур тоже умер, но для Юльхен к нему нет дороги. Юльхен... В другом. Другой... Гррм... Ад? - монстрёныш даже как-то счастливо произнёс слово - потому, что вспомнил его.
Ещё шажок - и дуновение холодного ветра снова окутало Хайнриха Радецки.
- Жаль, что Хайне не помнит. Юльхен помнит. Хайне не помнит. А, может, не жаль? Нет, хорошо, что Хайне не помнит. Лучше пусть не помнит - Хайне не будет терзать, - рассуждала теперь девочка, всё так же смотря на вампира, будто чего-то от него ожидая.

+1

7

Я вижу дым, но я здесь не был,
Я слышу гарь, я чувствую гарь,
Я знать не хочу ту тварь,
Кто спалит это небо.
Я вижу песню вдали,
Но я слышу лишь...
Марш, марш левой!

- Юльхен справится. - уверенно ответил Хайнрих. знала бы она, чего ему стоила эта чертова уверенность. В тот момент он ненавидел американцев, ненавид Рейх и всех, кто отправил на эту войну безумного ребенка, которому не нужно это грохочущее железное небо.
- Да, так уже было, но ведь все грозы проходят, Юльхен. Они все уходят и небо снова становится ясным. - он пытался успокоить ее и успокоиться сам, но все же чуть было не отпрянул, когда девочка оказалась совсем рядом. Повеяло холодом, который заставил Хайне в реальном мире съежится, будто бы ему в живот впились пираньи.
- Я хотел бы пойти с тобой, Юльхен, чтобы тебе не было так страшно, но Хайне не может. Хайне нужен здесь, понимаешь? - сестра бы не пережила второго расставания, на этот раз - окончательного.
- Значит, ты в раю, Юльхен? Тогда там не будет грохотать небо, там тебе будет хорошо. Там будет Анна. - непонятный приступ отпустил его и тело вампира в кровати расслабилось.
Но ненадолго.
- Юльхен. - он наклонился к ней, так что теперь дуновение ветерка чувствовалось совсем отчетливо и колыхало спутанные отросшие волосы доктора
- Что я должен помнить, Юльхен? Почему я должен терзаться? Помоги мне. Я не помню, что произошло. Я не помог тебе? Не защитил?
Те минуты (или часы?), которые выпали из его памяти, были словно кусочек чего-то важного.
Того, что он действительно должен помнить.

+1

8

В ответ девочка лишь молчала и кивала. Хайне был прав. Она справится, она найдёт то, что ищет. И вслед за громом снова будет солнце. Только вот гром всегда заканчивается по-разному. Что откроется там, под первыми солнечными лучами, после?
- Юльхен опять одна? - печально всхлипнула девочка. - Ничего. Юльхен и это справит, Юльхен переживёт. Юльхен сильная... Юльхен понимает...
После того, как мужчина предположил, что монстрёныш сейчас в этом самом раю, девочка отвернулась и задумчиво затянула:
- Юльхен там, где пусто и тихо. Там нет никого, и Анны там нет, - вздохнула вурдалакша. - Анна осталась там, где рвали небо, красивое-красивое небо. Будет Анна - будет лучше. Юльхен в сером, тихом... О... О... Таком же, как то, что есть, - напряжённо выразила мысль девчонка, - и там... Только серое видно, и слышно только ничего. Даже в кол-лек-тор-ре интереснее. И там нет низа и верха. Смешно, но быстро н... Надо-едает.
Помолчав немного, девочка вновь посмотрела в сторону мужчины.
- А что такое "рай"? - склонив голову, спросила Юльхен.
Вопросы. Вопросы. Их часто задают видениям. нередко помногу. Девочка резко помрачнела.
- Терзание. Хайне будет трудно слышать. Хайне хочет знать?
Вурдалакша перешла на шёпот.
- Хайне убил меня, - прошептало видение. И тут же ошарашенно отпрянуло. - Должен... Не должен... Не должны... Забудь это! Забудь! - крикнула девчонка, снова быстро перемещаясь в сторону своего "вожака". Аккуратные ладошки легли на плечи вампира словно порыв сильного северного ветра, сразу сделав их ледяными.
- Не помни о том, что ты убил меня, хорошо? - холод был адским, почти обжигающим. - Пожалуйста, пусть Хайне пообещает, что забудет об этом, когда Юльхен будет уходить, - умолял призрак, обдавая своего "вожака" волнами холода. Казалось, что сейчас Радецки покроется инеем. - Там пахло безумие, едкий, сильный запах. Безумие везде... Хайне это помнит?
Видение Юльхен так и застыло, не подозревая, похоже, что сейчас сковывает Хайнриха словно толща льда. Не решалось двинуться, хотя хотело делать что-то ещё. Судя по тому, как оно изредка дёргалось в сторону Хайне - приблизиться ещё.
- Хайне - вожак, нельзя так с вожак, вожак нельзя трогать, - бормотала, порыкивая, Юльхен. Взгляд её беспокойно блуждал по лицу мужчины, но будто бы не видя его.

+1

9

Сжав зубы едва ли не до скрежета, вампир слушал, как девочка рассказывает о том, что происходит с ней в потустороннем мире. судя по описанию, это не ад и не рай. Чистилище. Просто Чистилище. Или прославленные арийцы уходят в Вальгаллу? Но Юльхен таковой не была. Она была лишь ребенком. Неразумным, остановившимся в развитии ребенком, которого отправили на смерть.
Я ненавижу тебя, Рейх!
Однако следующие слова девушки повергли вампира в шок. Он не мог поверить в то, что это ужасное действо совершил именно он!
Где-то в реальном мире окно в комнате распахнулось настежь, обжавая Хайнриха порывами ледяного ветра. Холод начал немедленно сковывать тело, заставляя его болезненно содрогаться. В мире снов Радецки же смотрел пустым взглядом в призрачные глаза Юльхен.
Я убил ее.
Однако слово "безумие" заставило его прислушаться к судорожному бормотанию вурдалака. Безумие? Да, действительно, был момент, когда он не помнил ничего из того, что происходило вокруг, а когда очнулся - девочки уже не было рядом, она пропала среди горы трупов. Радецки хотел отодвинуться от ледяной Юльхен, которая продолжала что-то бормотать, но не смог - его сковал сонный паралич, когда ты находишься на грани между сном и реальностью, вокруг тебя практически реальный мир, но ты не можешь шевельнуться потому, что ты все еще спишь.
- Хайне... Не помнит. - из его рта выралось облачко пара. Говорить было трудно.
- Я... Не могу обещать. Я должен помнить, что я сделал. Я не буду помнить как, я буду помнить что я сделал. - наверное, это фраза была для нее слишком сложной, но он слишком устал, чтобы думать.
- Юльхен. - этот странный сон должен был закончится, как только он дойдет до конца.
- Ты можешь... Показать мне, как все происходило?

+1

10

Девчонка просто молча слушала, отодвигаясь от Хайне, убирая руки от него. Похоже, вампиру всё же не грозило замёрзнуть совсем.
Слушала, а потом думала, как ответить на вопрос.
- Юльхен боит...
Внезапно девочка будто засветилась, загоревшись.
- Тогда мы пойдём за Анной! Вместе. Страшно! - радостно кивнула Юльхен. - Хайне, - буркнула она тут же. - В этой штуке... Где тихо... Там Юльхен вспоминать начинает. Там... Наверное, будет больно. Когда... Юльхен вспомнит совсем. Смотреть! - опять резкий перепад интонации, потом словно бы разверзся пол комнаты, и яркий, слепящий свет ударил в глаза.
Перед глазами встало поле боя. Вновь оба стояли, и видения павших воинов, обречённых на вечные китания в этом аду, проносились рядом, мимо них, один чуть было не сшиб Юльхен с Хайнрихом с ног, но прошёл насквозь, оставив после себя то же обжигающее чувство холода, какое и Юльхен. Но они исчезли быстро.
- Смотрит Хайне, как бежит, - девочка указала в одном из направлений, где вырастали фигурки вампиров и вурдалаков, бежавших в сторону военных вражеского государства, разрывавших и уничтожавших всё на своём пути, словно звери, принявшие свою неизбежную натуру. Вновь гремело и стреляло, разрывая чуткий вампирский слух. И в один момент что-то сверкнуло наверху, в небесах - странное облако дыма распростёрлось на небе, похожее на ангела после. А потом сверкнуло что-то ещё, и через несколько мгновений всё распалось в серую массу.
- Здесь Юльхен теряет память. Юльхен плакала, - прошептала вурдалакша. А потом вновь вернулась картинка, где каждый вампир и вурдалак в безумстве и беспамятстве творил какие-то страшные, невообразимые вещи. И посреди всего этого - фигура Хайнриха Радецки, разрывающего фигурку Юльхен на части. Тот же странный и страшный момент: тихое "Спасибо" с уст, улыбающаяся голова и разлетающиеся в пепел останки. И после всё опять пропало, стало мрачным и тихим, и этому пространству не было ни конца, ни края. Осталось лишь последнее воспоминание Юльхен. Запах безумия и наэлектризованный воздух.
- Как это говорить? Добро пожаловать. Тут у Юльхен дом.
А ещё теперь посреди того пустого пространства лежала потрёпанная, но красивая куколка, чем-то даже напоминавшая Юльхен.
- Хайне с мы вернули Анну! - радостно воскликнула девчушка и помчалась подбирать куклу. Потискала её и пообнимала, но потом резко дёрнулась и прошептала Анне "Ждать". Она подошла к Хайнриху, смотря на него, и в её лице теперь не было ни толики радости.
- Хайне правда обещать, что забыть? Юльхен сделала больно? Вожак больно? - тревожно спрашивала она, изредка едва дотрагиваясь до мужчины пальцем.

+1

11

Когда Юльхен все же решилась показать ему все, что происходило тогда - ощущение реальности пропало совсем. То есть, он и раньше как-то понимал, что все происходящее может быть дурным сном, но теперь окончательно в этом убедился. Он мог ущипнуть себя, попытаться сдвинуться и в любой момент проснуться, но ему настолько хотелось понять, что происходило в тот момент, что Радецки даже старался не дышать, чтобы не спугнуть это видение.
Действительно, тогда, в Леоне, что-то произошло, потому что в видении Юльхен все как будто свихнулись и стали рвать всех и вся на своем пути, причем беспорядочно. Если бы они тогда повернули в сторону своих же - от них бы тоже уже ничего не осталось. Побледневший чуть ли не до зелени Хайнрих с ужасом наблюдал, как он убивает ту, кого обещал защитить. Он винил во всем Рейх, винил военных, винил американцев...
А винить нужно было только себя.
Видение ушло.
Юльхен радостно что-то втолковывала про куклу, но Хайнрих почти не слышал ее, кровь стучала в висках, подавляя все звуки вокруг. Было ощущение падения куда-то с огромной высоты, откуда больше было не выбраться. Ощущение глубочайшего отвращения к самому себе. Возможно, он понимал, что все это случилось из-за какого-то всеобщего помешательства, но вот перед его глазами снова картина, когда он рвет беззащитное тело, которое рассыпается прахом под палящими лучами.
Кое-как вернувшись к подобию реальности, Хайнрих попытался улыбнуться призраку девочки.
- Я забуду, Юльхен, когда-нибудь забуду.
И еще тише, вероятнее, даже больше для самого себя, чем для нее.
- Прости меня.

+1


Вы здесь » Spandau » Прошлое » Стокгольмский синдром