Spandau

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Spandau » Charlottenburg » Апартаменты Абигайл Вестервелле


Апартаменты Абигайл Вестервелле

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

Третий этаж жилого дома весь занят фрейлейн Абигайл Вестервелле. Это роскошные апартаменты, выполненные в приятных пастельных тонах, весьма уютные, если не считать, что были несколько перестроены и переоборудованы под вампирскую сущность хозяйки. Здесь же располагаются комнаты ее верной прислуги.

0

2

Начало игры.

Вампиры спят практически без снов. А те видения, что приходят к ним - это скорее воспоминания или же призывы. Их новая сущность не упускает возможности воспользоваться дремой сознания и напомнить о себе. Напомнить о жажде, о зверином оскале, который любой зараженный может увидеть в зеркале, если оголит зубы. Грезы вампиров неприятны, а порой и вовсе ужасны. со временем привыкаешь. Многие во всяком случае говорят, что становится терпимо, а то они и вовсе пропадут. Но Абигайл так и не смогла до конца смириться с тем, что сон - лишь вынужденная мера для того, чтобы переждать гнетущий ее вид солнечный день, а вовсе не отдых и уж точно не удовольствие.
Пришло время просыпаться. Проснись, Аби. Впереди целая новая ночь...
Тяжелые солдатские сапоги мерно отмеряли тротуар. Ритм шагов ночного патруля не сбивался ни на йоту. Солнце клонилось к закату, на город опускался вечер.
Абигайл покинула свою темную комнату, где окна были закрыты тяжелыми непроницаемыми шторами в пол. Она была одета легко, в одну лишь французскую прозрачную пижаму, как и привыкла еще будучи человеком. Выглянув из-за краешка штор, закрывающих выход из гостиницы на небольшой аккуратненький балкончик, вампирша проводила взглядом спины СС-овцев, пока те не свернули за угол.
Обошлось. Сегодня их дом проверке не подлежал, что было более чем кстати. Вспомнив о своем госте, которого она была вынуждена приютить на день, Абигайл, не удосужившись даже переодеться и выпить по обыкновению после пробуждения бокал охлажденной коровьей крови, прошла через гостиную в коридор и крадучись приблизилась к двери, ведущей в ванную. Постучав тонкими пальцами по гладкому дереву, она прислушалась.  Она не была уверена там ли ее гость или же... Нет, он там. Она ощущала его даже через дверь. Да что там дверь! Во сне. Она спала сегодня особенно неспокойно, потому что рядом был он. Неестественный и страшный даже для вампира. Если все были хищниками, то он - бешеным, чумным, медведем-шатуном, да кем угодно только не простым зверем!
- Эрнст? - кое как разомкнув губы позвала Абигайл.
Она не то чтобы уж слишком боялась его - знала, что вреда ей от него не будет, но разве от того становится уютнее едва ль не наедине с сумасшедшим? А иначе его в семье Радецки и не называли. Не причинит вреда сам, так создаст условия, чтобы причинил кто другой. Он - та самая собака на сене в ее понимании, если не что-то похуже.

+1

3

Начало игры.

- Открыто. - раздался с той стороны двери чуть хрипловатый, но довольно таки внятный и громкий голос, отраженный от стен ванной комнаты.
Вампир Эрнст Эртель сидел на отделанном золотом краешке дорогой ванны, чуть согнувшись и оперев локти о колени. В руках у него было что-то темно-бурое и бесформенное. Воняло жутко, но, несмотря на запах, Эрнст вполне себе щедро отрезал от этого ножом большие куски и отправлял их себе в рот. Не то длинный пиджак, не то короткий плащ, в котором он появился накануне в доме Абигайл, лежал скомканный на закрытой крышке унитаза. Сам Эрнст был по пояс голый и изрядно перемазан кровью, как, кстати говоря, и стены ванной комнаты, плитка на полу, раковина, в которой замачивались под струей воды какие то мясные ошметки, тесак и еще пара кухонных ножей. Самым занятным же в открывшемся вошедшей хозяйке квартиры виде было то, что осталось от молодого человека, с которым вчера Эртель собственно и пришел к ней домой. Его останки, изрядно потрепанные и представляющие собой едва ли половину его тела, лежали в ванне. Из крана на них змейкой спускалась тонкая струйка воды, не особо то справляясь со смыванием темной, почти черной крови из брюшной полости.
Запах стоял такой, что, вдохнув его раз, будешь помнить пол жизни, а в носу продержится минимум пару ближайших дней.
В остальном же - все ее же, Абигайл, ванная комната, опрятная и прибранная, до некоторого времени, весьма чистая, дорого обставленная. Что, пожалуй, поражало во всем этом - не расчлененный труп, и не горы ножей, не пятна крови, а умиротворенная, расслабленная поза вампира, сидевшего с таким лицом, как будто он тут картофель чистит или утреннюю яичницу жарит.
- Рано ты проснулась, Абигайл. - с чуть заметным сожалением, а скорее попросту бесстрастно промолвил Эрнст, отправляя в рот последний кусок, что держал в руках и облизывая языком красные от крови губы: - А я как раз подумывал о завтраке в постель для тебя.
Эртель тряхнул головой, откидывая в сторону непослушную челку и, обмакнув освободившуюся ладонь в густую кровь, коей была полна ванна, пригладил дополнительно ею волосы. Запах не ахти, но зато будут плотно прижаты - засыхая, кровь, отлично схватывает и удерживает волосы. Он так уже не раз делал.

0

4

Даже не будучи обладателем вампирского идеального обоняния, нельзя не ужаснуться силе и стойкости стоявшего в ванной запаха. Запах мертвечины, запах моргов. И это было в ее доме! Там, где она принимает душ!
Что уж говорить о пятнах крови, о жутком месиве, в которое превратил паренька Эртель. Бог знает, что он ему наобещал вчера, затащив к ней домой. Быть может, молодой человек был одним из тех, кто, вопреки законам Рейха, пытается удовлетворить свои... специфические сексуальные потребности. И Эрнст его поймал на этом. Как это на него похоже!
- Эрнст, о боже...
В голове все спуталось, перемешалась в одно бело-красное пятно ванная комната. Где-то посреди этого пятна была черно-серая фигура вампа. Сначала Аби навалилась плечом на дверной косяк и приложила ледяную ладонь ко лбу. Ее повело, стало трудно дышать. Она опустила ладонь и зажала ею рот, метнулась к унитазу, сбросила свободной рукой с него одежду Эрнста, открыла крышку...
Ее вырвало слизью и плазмой, оставшейся от выпитой вчера крови. Кое как поднявшись на непослушные ноги, Абигайл поспешила убежать из ванной, стащив по дороге с крючка полотенца и утираясь им. Она то и дело останавливалась, придерживаясь за стену, повисая на дверных ручках.
- Господи, господи... почему... как...
Добравшись до софы в гостиной, Абигайл рухнула на нее и лежала так с минуту. Глаза девушки увлажнились, рот скривился, по щеке пробежала первая слеза. Кое как подавив в себе всхлипывания, она вытянула руку и сняла трубку с отделанного дорогим камнем телефонного аппарата, стоявшего на столике у софы. Она набрала единственный номер, который был доступен в районе Шпандау. Номер гауляйтера Байша.
Потянулись долгие гудки. Она умоляла всех богов, старых и новых, чтобы ей ответили. Сейчас же. Если она не поговорит с ним, не передаст то, что должны знать все, она, кажется, сойдет с ума от осознания своего соучастия в этом ужасе. Все было как в кошмаре, только не проснуться, не сбежать...

///звонок -----> Цитадель Шпандау

0

5

Реакция хозяйки квартиры не вызвала никаких особых переживаний у Эртеля. Он был поглощен более занятным: осматривал труп на предмет еще каких-нибудь съедобных частей. И не обнаружил их. От сухожилий, мышц и жировой прослойки он давно отказался: она, может, и была питательна, но не настолько, как печень и сердце, жевалась долго и трудно, а времени на прожарку или варку мяса сейчас не было. Да и вряд ли Эрнсту удастся уговорить Абигайл предоставить ему для этих целей ее кухню. Придется оставить трапезу.
Повернув ручку крана, вампир сделал льющуюся в раковину воду попрохладней и, взяв в руку мокрое полотенце, принялся методично смывать с себя кровь. Она стекала прямо на пол к его ногам, но ему было до лампочки. Главное - очистить торс и лицо, чтобы не было заметно багровых следов на теле, когда он покинет свое временное, любезно предоставленное Радецки, убежище.
Тем временем острый слух вампа уловил телефонные гудки, щелчки аппарата связи, а затем и голос Абигайл. "Дура-дура. Еще и трусливая" - подумал Эрнст, придирчиво осмотрев себя в зеркало и накидывая на плечи верхнюю одежду. Расправив местами заляпанные кровью лацканы своего длинного пиджака, Эртель покинул ванную комнату, неслышно прикрыв за собой дверь и погасив свет.
-...Он пришел ко мне в квартиру в Берлине вчера с каким-то пареньком и... он убил его, гауляйтер!..
Эрнст улыбнулся "в усы" и, присев на краешек софы рядом с Абигайл, стал ничуть не скрывая разглядывать стройные ножки вампирши. Казалось, еще немножко и вытянет руку, чтобы провести ладонью по щиколотке. При этом его довольный взгляд можно было расценить двояко: не то хочет ее тела, не то просто облизывается, как кот на колбасу.

0

6

Положив трубку, Абигайл посмотрела на Эрнста, придав своему милому лицу строгое, даже грозное выражение. Что это он так на нее смотрит? Неужели уже докатился до того, что рассматривает собственный вид в качестве пищи? Что ей делать, если Эрнст попытается напасть? Она бессильна против него. Разве что удастся позвать на помощь или убежать и... и все равно звать на помощь, а это означает лишь одно - раскрыть свою легенду, сдаться на милость СС.
Находиться на одной софе с этим маньяком у нее не было никакого желания, так что девушка поднялась на ноги и, быстрым шагом дойдя до двери, ведущей из гостиной в прихожую, закрыла ее, щелкнув шпингалетом.
- Я говорила с гауляйтером, Эртель. Он распорядился не выпускать тебя этой ночью. Ты останешься здесь. И будь покоен: я позабочусь, чтобы совет узнал о твоих зверствах.
Она говорила и все больше начинала злиться, подстегивая себя внутренне. О, ей было что сказать Эрнсту и ему подобным!
- Ты безответственен! Ты творишь, что тебе заблагорассудится, упиваешься своей силой! Это опасно, это ставит под удар весь наш род! Ну? Будешь прикрываться россказнями о свободе, о равноправии, о том, что вампиры страдают в гетто? О зверствах СС мне расскажешь? Я давно раскусила тебя. Я знаю таких как ты, Эрнст. Ты - чудовище, ты знаешь только язык крови и собственных страстей, прислушиваешься и служишь только себе. Ты опасен для себя и окружающих. И все, кто тебя поддерживают - все они идут за тобой прямиком в ад!
Активно жестикулируя, Радецки расхаживала по комнате, то и дело делая обвиняющие жесты-выпады в сторону Эртеля. Так ей было легче справляться с накатившим на нее страхом, с перспективой провести ночь рядом с безумным вампиром-людоедом. Она знала, что не сможет ему противостоять, если он вздумает не подчиниться и уйти сегодня в город. Но, быть может, ей удастся задержать его до приезда подмоги хотя бы этим спором, хоть чем то заинтересовать его, отвлечь от его планов. Будет нелегко, ой как нелегко, Аби...

0

7

- Я говорила с гауляйтером, Эртель. Он распорядился не выпускать тебя этой ночью. Ты останешься здесь. И будь покоен: я позабочусь, чтобы совет узнал о твоих зверствах.
- Даже не думай, что я испугаюсь шестерки прогнувшихся под властью бабы-фюрера, у которых в голове маргарин вместо мозгов. - отрезал Эрнст, вальяжно махнув рукой куда-то в сторону окна, где по его разумению за рекой находился Шпандау.
Вампир закинул ногу на ногу и поудобнее развалился на софе. Он слышал, но в общем-то не слушал. Споры о том, что должен делать зараженный вампиризмом, а что нет давным-давно перестали представлять интерес для него. Такие разговоры больше подходят для сухарей из Совета шести. Как-то Байш пытался убедить в необходимости этого их хваленого благоразумия, смирения и толерантности Эрнста. Неудачно, разумеется. Они только испортили относительно неплохие отношения. Но если гауляйтеру в силу того, что лоббирование интересов властей - вопрос его выживания, Эрнст мог простить его заблуждения, то как объяснить поведения прочих вампиров вроде Аби? Эртель никогда их не понимал. Он знал наверняка, что их мучает та же жажда, что и его, знал, что во рту у них те же острые как бритва зубы, в их крови - неудержимый зверь. Вечно голодный зверь, который терзает тебя каждый раз, когда голоден. Смиряться надо не с участью заключенных гетто, а с этим чудовищем внутри. Теперь оно - это ты сам. Умрет зверь - уйдешь и ты. Так как после этого сказать ему "Нет"? Почему до сих столько вампов отрицают свою зависимость? Питаются отбросами, суррогатом? Зачем терпеть боль и страдания от зверя, когда он - твой единственный союзник на всем свете.
- Не признаешь фактов, отрицаешь реальность. - Эртель осклабился, обнажив чуть желтоватые клыки и облизал их кончиком языка: - В твоем возрасте уже пора перестать играть  в принцессу, Аби. Знаешь в чем твоя проблема? Ты - лев, который решил щипать травку вместе с антилопами. Стыдно, Абигайл. Скажи, ты всегда такой была  или это Мики тебя науськала?

0

8

С точки зрения Абигайл, Эрнст был отвратителен. Всегда таким был, а сегодня особенно. Было в нем что-то отталкивающее, даже если забыть о пристрастии к поеданию плоти и дурных манерах. И "кулинарные вкусы", и строптивый нрав можно было бы стерпеть, но только не то, что буквально излучала сама его фигура. Что-то первобытное, что-то забытое и отвергнутое давно цивилизованными разумными существами. Закон силы, закон жестокости, кровожадности - это то, чем он руководствовался, и это было непостижимо. Этим он выделялся из тех, кто просто не мог совладать со своим вампирским голодом. Отличался в худшую сторону: он был убийцей ради убийств, а не для пропитания.
- Не смей даже заикаться о главе моей семьи. - Абигайл произнесла это с должным нажимом, приосанившись и вздернув аккуратненьких носи: - Ты, быть может, и животное. Говорящее животное. Но не стоит судить всех по себе, шакал!
Внутри же ей хотелось убежать. Оставить его здесь, запереть, позвать на помощь. Прочь отсюда! Выбраться из этой квартиры, которая больше не могла быть ее, пока здесь это отродье вампирской линии крови. Девушка, обходя Эрнста по широкому радиусу, прошла по гостиной к дверям своей спальни. Все это время она не позволяла себе повернуться не то что спиной, но даже в пол оборота к Эртелю. Нельзя выпускать его из виду. Сделав быстрых два шага назад, она захлопнула двери спальни и закрыла их на защелку. Не поможет, если он захочет зайти - для него жалкие створки девичьей спальни не преграда. Но так ей было комфортнее. Пусть их разделяет хоть лист бумаги - уже легче. Ложное ощущение безопасности - как приятно нам порой бывает лгать самим себе... Мы бы лишились рассудка, если б не это замечательное свойство.

+1

9

Абигайл бежала не от разговора, а от него, Эрнста. Щелчок замка ее спальни подтвердил, что  девушка - всего лишь травоядное, запуганное едва ли не больше, чем люди. Те то хоть ощущают себя хозяевами жизни. Она же всем своим Я излучала осознание собственной ущербности. Как затравленный в школе ребенок - он сам поверил в то, что хуже остальных, слабее, глупее, что он - просто гадкий утенок. Комплекс жертвы. Эртель никогда не поймет вампиров, чувствующих себя жертвой. В его логике и мировоззрении это не укладывалось. Вампир ли после этого Абигайл? Ответ один - нет. А что делает вампир с тем, кто не вампир? Кто для него это существо? Всё верно: пища!
Приблизившись к стеклу, врезанному в дверь спальни, Эрнст провел по нему ногтем. Отвратительный звук. Вновь голодные, горящие нездоровым азартом глаза вампира поймали взгляд Абигайл.
- Боишься, Аби? - бархатным тоном спросил Эртель, оголив клыки и подмигивая девушке: - Ты ведь как сестра мне. Мы - дети ночи...
Осклабившись паскудно, как только умел, вампир наклонил голову очень близко к стеклу, разделяющему его и хозяйку квартиры. Еще чуть-чуть и кончик носа уперся бы в него. Приоткрыв клыкастую пасть, Эртель вытянул бледно-розовый язык и провел им по стеклу прямо на том месте, где видел силуэт головы Абигайл. "Съем тебя, рыбка! И аквариум тебя не спасет."
- Ты конечно знаешь в чем преимущество питаться людской кровью, верно? Позволь я тебе покажу... - Эртель отступил на пол шага от двери - ... Их кровь делает меня... - он согнул руки в локтях перед собой, раскрыв ладони, словно готовился толкать что-то большое и, приподняв одну бровь, по-лисьему хитро посмотрел на вампиршу: - ... неудержимым!
Пружинистым движением, Эрнст разогнул локти, его ладони ударили в двустворчатую дверь спальни. То, что еще секунду назад было добротной и красивой дверью с стеклянными вставками, слетело с петель, на ходу дробясь на сотни осколков и щепок. Преграду разметало по всей спальне, как от взрыва. Как только путь был свободен, Эртель, разинув пасть, оголил клыки и угрожающе зашипел, чуть присев и растопырив руки, готовясь к прыжку. Сейчас он перестал быть даже похожим на человека. Зверь начал охоту. Вампир толкнулся от пола и легко, невесомо, но очень быстро влетел внутрь спальни, прямо на Абигайл. Его когтистые руки, до этого разведенные в стороны, сомкнулись на теле девушки, а клыки уже тянулись к ее горлу.

0

10

Его невозможно было слушать. Эрнст всегда был склонен отключаться от действительности и перемещался в самим собой выдуманный мир. Там он творил, что хотел. Это мир его тирании, он такой, какой нужен только ему. Он в центре своего мироздания. Там текут кровавые реки, там воняет мертвечиной, там воняет им самим. Каждый раз, когда проклятый безумец сливал мир реальный и свой воедино, он становился тем самым ночным убийцей, потрошащим жертв с такой жестокостью и изощренностью, что ужасалось даже СС.
Аби прикрыла рот рукой, когда Эртель произнес свои последние слова. Еще чего ей не хватало! Но все уже началось и сделать она не могла ровным счетом ничего. Гауляйтер ее не успеет выручить: она сама впустила волка в свой дом, позволила ему провести здесь день, освоиться, а потом еще и спровоцировала на агрессию. Но неужели он совсем забылся?! Неужели он готов напасть даже на сородича?!
- Эрнст, не... - ее слова оборвались, когда прямо в лицо полетели щепки и осколки.
Закрывшись рукой, вампирша чуть присела. Щепки от разлетевшейся двери вонзились в ее запястье и плечо, она тоже зашипела, показав аккуратные тонкие клыки. Эрнст схватил ее, оцарапав спину и располосовав когтями пижаму сзади. Вот сейчас было самое время вспомнить, кто она: Абигайл не собиралась просто так сдаваться и попыталась вывернуться, одновременно вцепившись своим ногтями в лицо Эртеля. И вырвать ко всем чертям его глаза! Пусть походит до следующей ночки слепцом, если выживет, конечно, и она не оторвет ему чего другого! Девушка сопротивлялась отчаянно, как в последний, а он мог оказаться именно таким, раз.

0

11

Только сейчас, в минуту смертельной опасности, Абигайл наконец-то показала свою сущность, ту, какой она должна быть. Она дралась, как загнанная на флажки волчица: отчаянно бросалась на заряженные ружья, на свору волкодавов, которые жаждут набросится и смести ее своим напором. Скалила зубы, пускала в ход свои не по-женски крепкие и острые ногти, нанося невообразимые для ее хрупкого на вид тела удары, рвя на теле и одежде зияющие размашистые раны.
Эрнсту это нравилось. О, как ему это нравилось! Он испытывал настоящий восторг от этой драки. Он напугал ее, напугал настолько, что страх и жажда жить подгоняют ее, как погонщик гнедую лошадь. Каждый нанесенный ею удар, рассеченная бровь Эртеля, кровь, заливающая его глаза, порванная щека, лопнувшая губа, глубокие царапины на руках - все это сделал зверь, не Абигайл Радецки, благоразумная и примерная доченька своей "мамочки", а особь, борющаяся за свой вид, действующая по законам дикого мира. Хищник стоит против хищника. Свирепая борьба развернулась в тихих, аккуратно и любовно обставленных изысканной мебелью покоях вампирши: в ход шло все, что можно было взять в руку, рушилось и крошилось остальное, что только попадало в радиус этого урагана в который превратились Абигайл и Эрнст.
Он дал ей ложное ощущение перехваченной инициативы, специально пропустил несколько жестоких ударов, пожертвовал собственной плотью. Не жалко - раны затянутся уже к утру. Эрнст сымитировал собственное отступление, как будто и впрямь давая возможность вампирше совершить задуманное ею - добраться до его глаз и ослепить. Она уже много раз атаковала его голову своим когтями, явно метя туда. И вот Аби совершает очередной выпад в порыве дотянуться до лица, но Эртель, с дьявольской скоростью поднырнув под ее рукой, перехватывает девичью руку, зажав ее между своим предплечьем и торсом. Почти что танцевальный, резкий и выверенный поворот на каблуках на 90 градусов, не выпуская руки вампирши, призванный вывихнуть ей сустав и переломить кость запястья, и бросок, в котором задействована свободная рука Эрнста, пальцы которой уже сжались на волосах Абигайл.

0

12

О разбитых вазах, сломанных стульях и разломленной кровати Аби побеспокоится потом. В данную минуту она забыла даже где находится. Ее квартира больше не была квартирой. Это было место кровавого боя, ринг для двух чудовищ. Только без зрителей. Ни тебе гонга, ни орущих болельщиков. Да и победу будут явно засчитывать не по очкам.
Обпившийся людской крови Эртель был сильнее и быстрее. Абигайл кромсала его изо всех сил, а он все стоял. Она рвала ему плоть размашистыми ударами с такой скоростью, что человеческий глаз мог бы с трудом уловить движения рук. А он все стоял и, казалось, даже улыбался.
Выпад она сделала не то что рефлекторно, но не могла не сделать - она жадно ловила любую возможность нанести вред противнику. И погорела на этом. Ощутив, что ее рука в капкане, а Эрнст делает выкручивающее ее сустав движение, Абигайл подалась вперед по направлению движения собственной руки, которая ей уже не принадлежала. Она рассчитывала сохранить кость целой. Раздался хруст. Перелом всего в одном месте - пустяк для вампира, могло быть и хуже. А вот уберечь себя от захвата за волосы она не смогла. Абигайл взвыла и попыталась укусить Эртеля за руку, но лишь оцарапала клыком ему запястье, ведь он швырнул ее прямо через пустой уже дверной проем в гостиную. Тело вампирши ударилось о сервант, он развалился. Коллекционная посуда осыпалась на растянувшуюся на полу Абигайл. Встать сил у девушки не было, она только трясущимися руками безвольно возила по полу, сверху ее придавила бесформенная груда дерева, в которую превратился сервант. Посуда...Посуда! Ладонь Аби пошарила рядом с собой и сомкнулась на холодной рукоятке кухонного ножа. Повернувшись с огромным трудом и через сильную боль на бок, чтобы скрыть своим торсом это действие от Эртеля, вампирша прижала кулак с зажатым  в нем ножом к своей груди и превратилась в слух, претворившись, что не может ни подняться, ни пошевелиться. Нож ждал своего часа. Последний шанс для Аби, последнее ее оружие. Бороться сил у нее больше не было. Эрнста она сейчас не видела, лишь рисунок обоев перед собой и спрятанный до поры нож. Он был там, в спальне, прямо за ее спиной, на которой она чувствовала что-то холодное, настолько, что щипало кожу - его взгляд. Один шанс - один удар.

0

13

Удар когтями - как вспышка перед глазами, окровавленные волосы Аби в руке, усилие через напряжение изрезанных рук, страшный грохот. И одичавшая в несколько мгновений вампирша повержена. Почти не шевелится. Все. Только стервятники кружат над полем боя, затих лязг оружия и крики воинов.
Смахнув ладонью заливающую глаза кровь, и размазав ее по лбу, Эрнст согнулся и уперся руками в колени. Отплевываясь кровью и тяжело дыша, он тем не менее злорадно зашипел и даже сдавленно засмеялся, глядя на лежащую в гостиной без движения Абигайл. Чуть отдохнув и восстановив дыхание, он оправил залитую своей и чужой кровью одежду и, с хрустом дернув головой, медленно, даже словно бы нехотя направился из спальни в гостиную, к своей новой жертве. Самодовольная улыбка садиста не сходила с его лица, а челюсти уже чуть двигались, разминаясь и готовя клыки к укусу. Вампиров он еще никогда не пробовал. Интересно, во сколько крат вырастит его мощь, если он выпьет крови сородича?
- Ты выглядишь усталой и разочарованной...Не грусти, Аби. - сладким тоном посоветовал Эрнст, медленно и неумолимо приближаясь к лежащей вампирше, он знал что она его слышит и каждое слово сопровождалось очередным шагом, приближающим хищника к жертве: - У тебя замечательная роль: ты будешь первым вампиром... который стал ужином.
Эртель наклонился над ней, протянул руку и, медленно воткнув свои когти в плечо Абигайл, чтобы она чувствовала эту боль, насладилась ею вместе с ним, потянул ее тело к себе. В следующее мгновение змея выбросила свое жало. Спрятанный вампиршей нож коброй скользнул прямо в грудь Эрнста. В левую ее часть, задев лезвием сердце, пробив насквозь тело и выскочив кончиком лезвия со стороны спины. У дьяволицы Абигайл еще хватало вампирских сил на столь мощный удар.
Взревев, Эрнст с силой рванул Абигайл к себе и попытался было все же укусить ее, но резкая неустранимая боль в груди обещала вот-вот свалить его с ног. Он захрипел и, стиснув острые зубы, отшвырнул от себя вампиршу прочь. И тут же его ноги подкосились, он попытался встать, но ничего не вышло. Нужно было срочно достать нож, но и этого Эртель сделать не смог сделать: тело уже переставало слушаться его, он даже не мог должным образом согнуть руку в локте. Как дезориентированная бешеная собака, уже издыхающая в конвульсиях от своей болезни, Эрнст беспорядочно заелозил когтистыми руками по паркету, оставляя на нем глубокие царапины. Он хрипел и орал в бессильных попытках достать из своего сердца широкое лезвие. С каждой секундой состояние все ухудшалось: ноги отказали полностью и вампир попытался было ползти, упираясь непослушными руками в пол, цепляясь когтями, но и это ему не удавалось толком. Преодолев на животе лишь пол пути до выхода из гостиной, Эртель затрясся, кровь, выпитая за последние 24 часа пошла носом и ртом, полилась из ушей, даже белки глаз наполнились ей. Подергавшись, как уж на сковородке, Эрнст опрокинулся на спину и уж теперь то точно все понял. Он был парализован.

0

14

----> Улицы и переулки Шпандау

По Шарлоттенбургу вампир шел быстрым шагом, лишь изредка слушая, идёт ли за ним Аделхайд, или задержалась в каком-либо переулке дольше нужного. Малочисленные прохожие в столь поздний час смотрели на них почти без любопытства: ну мало ли почему офицер СС идет с молодой дамой. Самое обычное зрелище, ничего особенного. В конце концов, вампиры двигались со скоростью простых смертных, а не соперничали со спортивными мотоциклами.
Зайдя в нужный дом и отыскав квартиру Абигайл, которая занимала неординарно огромную площадь, Рихард не стал стучать.
Он просто взял и снёс дверь с петель мощным пинком, от которого дрогнули стёкла в окнах и прыснул мелкими щепками деревянный короб в дверном проёме.
Услышав возню и шум, Рихард прошел в помещение, откуда раздавались подозрительные звуки.
- У, как всё запущено, - фон Браун осматривал тело Эрнста с ножом в сердце, бурча себе под нос, - И что, это мне теперь транспортировать? Не легче ли закопать где-нибудь...
Обратив внимание на присутствующую здесь же Абигайл Радецки, бывший офицер молвил:
- А вы что скажете, фройляйн?.. И очень прошу - без эмоций. Только факты. Кто кого убить-то хотел? Я просто не верю, что вы подрались из-за лучшего куска праздничного торта.

+1

15

Сам момент удара она совсем не помнила. Она просто сделала это. Все прошло неожиданно, моментально, точно вспышка молнии. Аби помнила, что, когда Эрнст рухнул, она поднялась на ноги, даже как будто приблизилась к нему, наклонилась над ним,  а после... После она просто отшатнулась, ее ноги ослабели, подкосились. В ней не было больше сил к передвижению, и не только потому, что она получила серьезные травмы во время драки - она была разбита. Никогда еще она не желала никому смерти, никогда не вонзала металл в чью то плоть. Ее бы вырвало немедленно ,если б она не была столь голодна.
Вампирша медленно сползла по стенке на пол, крепко обняла свои лодышки, поджав ноги к груди и, уткнувшись лицом в колени, принялась рыдать. Безудержно, жалостливо...
Как вломились к ней в квартиру фон Брауны она не заметила. Да даже если бы сейчас началась ядерная война - она бы тоже прошла мимо нее! Настолько ослабевшей и разбитой чувствовала себя Радецки.
Голос Рихарда чуть вывел ее из забытья - она узнала этот голос, она поняла, что это друзья, что ей наконец пришли на помощь, что Оливер ее не бросил...
- А вы что скажете, фройляйн?.. И очень прошу - без эмоций. Только факты. Кто кого убить-то хотел? Я просто не верю, что вы подрались из-за лучшего куска праздничного торта.
- Э...Эрнст... - начала, все еще всхлипывая и еще крепче сжимая свои поджатые ножки вампирша: - ... он хотел меня убить... простите меня... у меня не было выбора.
И она заплакала навзрыд: столь сильным было впечатление от прошедшего, да и как можно примириться с фактически - убийством. Тело вампирши вздрагивало с каждым новым всхлипом. Нет, все было слишком. В эту ночь "слишком" стало означать слишком многое и слишком серьезное, чтобы быть простым словом...

+1

16

Аделхайд задержалась на улице, остановившись и завороженно разглядывая сияющую витрину. В Шпандау такой красоты днём с огнём не найти. Ночью, кстати, тоже... Оглянувшись, Адель увидела спину отца, заходящего в здание, и побежала за ним. Она зашла в помещение вслед за мужчиной и стала оглядываться. Это было шикарное место, напоминающее дворец, а не квартиру. Адель завистливо присвистнула. Апартаменты на уровне. Девушка сощурилась, оглядывая тело Эрнста Эртеля. Она помнила его громкий голос и смелые речи, он всегда был ей симпатичен, хоть и считался безумным.
- Какая досада, - пробормотала она, опускаясь на пол рядом с лежащим мужчиной и проводя рукой по его щеке.
Из груди Эрнста торчала рукоять ножа. Девушка потянулась было к ней, но затем взглянула на отца и предпочла не торопиться.
Услышав сбивчивый ответ и рыдания хозяйки, Адель повернулась в её сторону, не произнося ни слова. Она с интересом разглядывала женщину, живущую не в грязном гетто, а в таком великолепном доме в самом дорогом районе Берллина... Огни ночного города светят только для неё, все магазины, театры и рестораны раскрывают для неё двери в любой момент, когда ей только захочется. В то время как Аделхайд вынуждена жить в грязном бомбоубежище, наблюдая за любимым городом с другого берега реки... Редкие нелегальные вылазки, конечно, приносят свою пользу и некоторое удовольствие, но с жизнью в Берлине они никогда не сравнятся. Заставив себя отогнать несвоевременные мысли, Аделхайд поднялась на ноги и, указывая пальцем на лежащее без движения тело, спросила:
- Что он вообще здесь делал? Какой смысл ему убивать те... Вас?

Отредактировано Adelheid von Braun (2012-09-20 17:05:44)

+1

17

Вампир с безразличием смотрел на содрогающуюся в рыданиях хозяйку квартиры. На его взгляд - она должна была знать, что если впускаешь в дом кого-то, ты должен быть либо полностью уверенным в доброжелательных намерениях своего гостя, либо готов отразить любые посягательства на своё имущество и свою жизнь. А лучше - и то и другое вместе.
Так что сама виновата, тем более что всем давно известно - у Эрнста не всё в порядке с головой. В конце концов есть мясо людей - это мерзко.
- ... он хотел меня убить... простите меня... у меня не было выбора.
- Не оправдывайтесь. Он не погиб, а вы всё сделали правильно, - Рихард оглянулся, подошел к телу и потрогал рукоять ножа, - Хорошо, что никто не додумался вынуть нож. Так он поспокойнее будет.
Фон Браун усмехнулся. Ему было совершенно понятно, что безумец получил по заслугам. Возможно, не сполна, но получил.
- Аделхайд, - бывший офицер поднялся и подошел к дочери, - Вот теперь на тебя и ложится та ответственность, о которой я говорил. Я ухожу - у меня есть важные дела в городе. А тебе я поручаю отнести тело Эрнста к нам в бункер. Конечно, заверни его сперва во что-нибудь, чтобы чуть меньше привлекать к себе внимание. Затем как можно быстрее бежишь с ним в Шпандау и проникаешь внутрь - любым удобным тебе способом, главное чтобы не через главный вход. Если хочешь - можешь кинуть тело в реку и протащить по дну - мне решительно плевать. И еще - старайся не попадаться никому на глаза, особенно в городе. Прислушивайся к звуку шагов, планируй путь на ходу...
Вампир чуть улыбнулся, коснувшись щеки Аделхайд.
- Ну да ты сама разберешься. Когда сделаешь это - сиди дома и носу не смей показывать на улицу. И заклинаю - не вытаскивай из него нож. А я... я вернусь.
Дверь с диким грохотом захлопнулась бы за вылетевшим из квартиры вампиром, если бы она была на своём месте.

----> Частный клуб "Крыло валькирии"(переулок)

+1

18

- Что он вообще здесь делал? Какой смысл ему убивать те... Вас?
- Он во всем найдет смысл... - вампирша силилась успокоиться и выровнять свой голос, но от всхлипываний избавиться получалось едва-едва: - А вчера пришел сюда с пареньком, и...
Тут ее как током ударило, а на деле же это было озарение, что рано расклеиваться, ой как рано: она вдруг замолчала и, посмотрев на телефонный аппарат, замерла, даже рыдания прекратили, а губы перестали дрожать. Аби осознала, что нужно срочно что-то предпринять: в ванной по-прежнему лежал истерзанный труп. Помочь ей могут только ее преданные домработники, те, кого она и глава ее семьи подбирали и проверяли годами. Поднявшись, Абигайл утерла слезы - она могла плакать от пережитого ужаса, когда опасность миновала, но пока она все еще сохраняется, такой роскоши позволять себе нельзя было.
Подойдя к телефону, Радецки набрала нужный номер и, поприветствовав мужчину на том конце провода, вкратце сообщила ему о случившемся и потребовала избавиться от трупа. Нелегкое задание, но слуги вампиров выполняют еще и не такие. В фанатичной преданности подчиненный она не сомневалась. Он все сделает.
Закончив с этим, Абигайл попрощалась в фон Брауном словами:
- Спасибо, что вы пришли. Не знаю, что бы я без вас делала тут с этим всем... Удачи!
Как только Рихард ушел, Абигайл начала собираться, делая все достаточно быстро. Она одевалась из практических соображений: ей предстоит идти отнюдь не в ресторан, а потому надевала на себя вампирша самое подходящее, что было в гардеробе, более подобающего для прогулки в гетто просто не было - жокейский костюм темных тонов. Благо, за то время, что она сидела рядом с вырубленным Эрнстом, ее раны и травмы уже частично регенерировали и тело было вполне послушным, чтобы одеться и идти.
- Я иду с вами в Шпандау, Аделхайд. Мне нужно лично увидеться с главой своей семьи и не только с ней... - голос уже звучал тверже и увереннее, вампирша практически успокоилась и была готова действовать: впереди крайне неприятное и сложное путешествие с телом из которого торчит нож по Берлину: - Едем на моем автомобиле до набережной, а там - посмотрим. Мне это не нравится, но, похоже. придется двигаться по дну... Быстро и надежно!

Набережная

+1

19

- Я иду с вами в Шпандау, Аделхайд. Мне нужно лично увидеться с главой своей семьи и не только с ней...
Нельзя сказать, что это сильно обрадовало девушку - она предпочитала делать всё сама, если не была уверена в напарнике, но спорить не стала. Захотелось этой принцессе посетить грязное паршивое гетто - пожалуйста, главное, чтобы под ногами не мешалась.
Аделхайд перестала обращать внимание на хозяйку квартиры, мельтешащую где-то в районе гардероба, и склонилась над Эртелем. Нужно было его чем-то прикрыть, не нести же его на руках с ножом, торчащим между ребёр... Посмотрев по сторонам, Адель стянула покрывала с дивана и завернула в него тело мужчины. Затем аккуратно взяла его на руки и тихо посмеялась.
Ну и видок... Очень незаметно идти получится...
- Едем на моем автомобиле до набережной, а там - посмотрим. Мне это не нравится, но, похоже. придется двигаться по дну... Быстро и надежно!
Адель уставилась на девушку с таким видом, будто увидела говорящего таракана. Она ненавидела, когда ей пытался командовать кто-то, кроме отца, но снова сдержалась.
Аттракцион неслыханного самообладания, чтоб его... Живёт тут себе, бед не зная, слуги у неё, наряды... Можно подумать, мне нравится по дня шастать... Грязно, холодно и мокро - вот развлечение.
- Пусть ваш человек подгонит автомобиль к самому выходу. Никто не должен заметить нашего... друга. А у моста, на набережной, пусть выберет самое пустынное место, посередине между двумя постами. Когда он доедет до нужной точки, пусть остановится и сделает вид, что автомобиль сломался. Попробуем сделать всё быстро и незаметно.
Аделхайд хотела добавить что-нибудь вроде "особенно не высовывайтесь, это не экскурсия", но подумала, что слишком уж наглеть всё же не стоит. Не просто так эта вампирша живёт в самом Берлине да ещё в такой "квартирке".
Набережная

0


Вы здесь » Spandau » Charlottenburg » Апартаменты Абигайл Вестервелле