ФРПГ Spandau - Альтернативная история Третьего Рейха: вампиры в Берлине. Смешанная система отыгрыша (эпизоды и локации), активный мастеринг, рейтинг - NC-21. Конец сентября, начало октября 1985 года
Рейтинг форумов Forum-top.ruВолшебный рейтинг игровых сайтов Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Вверх страницы

Вниз страницы

Spandau

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Spandau » Spandau » Дом семейства фон Раше (особняк с таверной на первом этаже)


Дом семейства фон Раше (особняк с таверной на первом этаже)

Сообщений 31 страница 47 из 47

31

Говорили. Говорили, как предполагалась и показывала практика, чересчур много - Пауль фон Раше слушал. Слушал внимательно, подбородком найдя опору в собственном кулаке.
Занимательно говорили, Гитлер их имей! Посадить нового фюрера, саботажи - слишком мелко. Так странно, глупо и никому не нужно - фон Раше жаждал действия.
Действие, а вернее, предложение к ним, внёс Радецки. Спасибо, хоть на что-то сгодился: в глазах Пауля Хайнрих моментально вырос в социальной пирамиде от дождевого червя до крота. Впрочем, если бы это утешило Радецки, то Хартманн была в этой пирамиде ниже. Гораздо ниже.
"Пока ты почти самый ценный кусок пирога, Хайнрих. Увы, но пальма первенства остается у Елены."
А после заговорил Гюнтер, приковывая всеобщее внимание и производя впечатление всезнайки, который, подобно волшебнику, свалился с неба и обещает. Всего лишь обещает - Пауль обещаниям не верил.
Недоверие - ко всем, ко всему. Особенно к словам и действиям тех, кто пропадал черт знает где, пока Шпандау трясёт и колышет, как степную траву в сильный ветер. Пауль фон Раше недоверчиво взглянул на Гюнтера. Опасный малый, вонючий, как пружина с дерьмом - тронь такую и получишь по пальцам да и вонять станешь.
"Я тебе не верю, дружок, и ты это прекрасно знаешь. Лучше было тебя пристрелить, оторвать тебе голову и засунуть в зад осиновый кол. Так, ради соблюдения стареньких человеческих легенд".
- Итак, дамы и господа, ситуация патовая, всё больше попахивает фарсом и подставой. Посадить нового фюрера? Это кончается скверно: ты противоречишь сама себе, моя дорогая Адель - люди быстро найдут нового вождя, чьему слову будут внимать и чьему слову будут верить. Поэтому никакие революции не являются решением - нам нужно действие, не затяжное, но радикальное и решительное. Для начала - спасти тех, кого можно спасти.
Настороженный взгляд в сторону Гюнтера - мерзавец что-то знает и не говорит. Пауль фон Раше чувствовал это каждой частичкой своего естества. Увы, докопаться до истины сейчас было невозможным.
Им следовало решать, следовало выбрать и следовать выбору. Решение, казавшееся столь простым, вдруг открылось для Пауля: им нужно покинуть Германию. Деньги решают! Следует отправиться в Штаты! Следует оказаться там, где никто не сможет им противостоять, пустить там корни своего естества и натуры, которые прорастут на благодатной почве капитализма.
Следует поступить именно так - не сейчас, но в ближайшем будущем.
- Нам следует высвободить Аделхайд. Я готов участвовать в любой операции, мои слуги - тоже. - фон Раше потрепал мочку уха. - Остался лишь один очень важный вопрос, который так и не получил своего решения - где ты пропадал, Гюнтер?

+3

32

оффтоп: Алиса, мы к тебе! Все прочие могут веселиться дальше. Ведь, чем дальше вы от нас, тем лучше!) Нахер сходи, умник. И перед постом ставить указание локации не забудь. Richard.
Los Lobos - Cancion del Mariachi
- Спой, душа моя. Ну, спой! – битый час уж просит Регус, с гитарой наперевес лениво преследуя молодую служанку.
- Очумел ты что-ли, старый? С какого перепугу я вдруг твоею стала?
В глазах чертовки пляшут искорки веселья. Она знает, что ей ничего не угрожает и в обществе безобидного композитора красивой женщине можно практически всё. И хвостом покрутить, и пококетничать, и на смех поднять. Спокойный и терпеливый друг Пауля всё простит. Вот как раз про таких и говорят в народе «мухи не обидит». Чудной, словом, тип. Как не вампир, в самом деле.
Кончики губ Регуса растягиваются в скромной улыбке. Ничего не отвечает он красавице смуглянке. Вместо этого ударяет по струнам и затягивает старинную испанскую песню.

Пусть поёт тебе гитара, что любовь мираж и сон,
А маньяк с нетрезвым жаром подвывает в унисон,
Но любовь найдёт удачу и не надо пить вина,
Если ты реальный мачо, то текила не нужна.

Слова песни незатейливы, да и голос у композитора совершенно обыкновенный, но до чего ловко и виртуозно он обращается со своей драгоценной подругой! Иначе в этот момент и нельзя назвать инструмент в его умелых руках. Чертовка служанка смеется теперь открыто, но видно, что ей весело, нравится. Ей вообще приятен чудаковатый друг Пауля, но только потому, что иных эмоций он обычно у дам не вызывает. Их подкупает его мягкость, вежливое обращение, однако, просыпаются они неизменно в постели фон Раше.  Композитор не обижается. Ему это вообще не свойственно, тем более, когда речь идет о Пауле.

Регус увлекся. Увлекся до такой степени, что не сразу заметил, как их кочевания из одной комнаты в другую привели обоих в уже занятое кем-то пространство. Где-то по пути чертовка разжилась длиннополой шляпой (чего только у Пауля тут не найдешь), и теперь оная гордо красовалась на голове композитора.
- Мм .. А это у нас кто? – ещё не отошедший от радостной эйфории композитор мило улыбался незнакомке, - Новенькая … служанка?

+1

33

офф

Черт, а я так надеялась выспаться...

Rammstein - Main herz brennt

Сон схватил ее слишком крепко. Несмотря на все нервы и переживания, скрипачка заснула пожарной лошадью. Она не слышала битья стекла - его заглушили крепкие стены дома и подушка, сграбастанная сонными руками, она не слышала споров и тихих шагов - девушка свернулась клубком, оставив висеть за пределами дивана только подошвы сапог. Однако же чье-то веселое пение и слова разбудили ее не хуже сирены эвакуации.
- Мм .. А это у нас кто? Новенькая … служанка?
Вампир был высоким. Сколько бы не запрокидывала голову еще не проснувшаяся Алиса, процесс роста новоприбывшего не заканчивался. Девушка машинально протерла кулачками глаза, заодно и просыпаясь.
- Я не служанка. Гостья. - тихо поправила неизвестного гитариста циркачка, сама не веря в свои слова, сжимая подушку в объятиях и неосознанно защищаясь от вампира. Тот, однако, был полноват, дружелюбен и радостен. Но Лис по матери знала, какой лапушкой можно выглядеть, лишь бы не показывать свое нутро. И потому девушка молчала, сидя с подушкой поперед себя и настороженным зверьком исподлобья смотря на обаятельного гитариста.

+1

34

Кажется, кто-то неведомый вбил в зад Радецки шило, иначе с чего бы он так резко подорвался с места и развил бурную деятельность? Этот мальчишка был известен своим покладистым характером, но эти порывы были никому не знакомы. Интересно, что он такого принял? Наркотиками побаловался? Ну да, несчастная любовь многих может довести...
К Гюнтеру Адель прислушалась, но и только.
- Раз нет одного пути отступления - есть другие? Если не здесь и не сейчас - мы рискуем потерять мою дражайшую тезку... насовсем. - в грязные канализации Хартманн ни в жизнь бы не полезла, оставив это право вурдалакам. Потери среди них? Да и скатертью дорожка, вот кого надо было действительно сдавать на опыты. - И твоих тоже, Радецки. - ну да, знает, на кого надавить.
-  Ты противоречишь сама себе, моя дорогая Адель - люди быстро найдут нового вождя, чьему слову будут внимать и чьему слову будут верить. -  Адель оскалилась.
- А не думал ли ты, дорогой Пауль, что в знатных кругах вращается нужная нам фигура? Потомок рода вождей и первого фюрера, любимица публики, девчонка, знающая много об Аненербе?  Если ее правильно  привести к такому решению - у нас появится фюрер с сильной поддержкой...  Впрочем, я дала вам лишь информацию к размышлению, вам решать, что делать.  Помедлим - убьем Адель.
Бедняга Гюнтер, все на него напали.

0

35

Не рассчитав силы, Харальд слишком сильно ударил по двери, распахивая ее. Не расставшись с петлями дверь, поспешила навстречу стене, оставляя на ней отпечаток изогнутой ручки. В комнату ворвался ветер, сделал круг почета и сбежал в выбитое окно. Пропустив своего спутника внутрь, Харальд Райнер закрыл за ними дверь. Молодой солдат – телохранитель из семьи Райнером, украдкой выпрямил еще сильнее погнувшуюся ручку, попытавшись исправить те разрушения, что причина сила высшего вампира.
- Вечер добрый! – Окинув внимательным взглядом присутствующих, он смахнул с плеча невидимую соринку. Телохранитель Райнеров выглядел, бессовестно, свежим и полным сил. Дорогой костюм сидел на мускулистой фигуре как вторая кожа, лощеная физиономия ухожена, надраенные ботинки ловят блики светильников, исполняя роль зеркал. Скрипнув половицей, он целенаправленно направился к Раше, протягивая руку для рукопожатия.
- Прошу прощение за опоздание, был занят. Пытался разыскать нашего общего друга и как видишь, мне это удалось. – Общий друг тем временем прогуливался вдоль стены, рыская взглядом по комнате. – Группенфюрер не смог приехать и поэтому прислал меня. Хотя не факт, что он не приедет, я…
- Кепплер помнит эту суку. – Негромкий шепот сумел перебить быструю речь Харальда. Замерев через одно кресло от Адель, вурдалак немигающим взглядом уперся то ли в ее переносицу, то ли в зону декольте. Все чувства мужчины надежно скрывало бесстрастное и одновременно полубезумное выражение лица. Последнее что он помнил – они ехали с вампиршей к другому вампиру, когда в голове взорвалось солнце. На мгновение, потеряв сознание Кепплер замер, боясь пошевелиться, силясь охватить все изменения в сознание имевшие место за последние несколько ударов сердца. Разобраться с последствиями он так и не сумел, не найдя сдерживающей его дамбы, вурдалак на ходу выпрыгнул из машины стремясь скрыться во тьме, своей союзнице и заступнице. Тогда он расстался с вампиршей, водителем, этим самым Харальдом нашедшем его сегодня и заодно Ансельмом. Последний исчез так же внезапно, как и появился, но надолго ли? Неизвестно. Кепплер не отчаивался, темный попутчик знал, что второй вернется рано или поздно, он хорошо дал это понять.
Когтистые лапы легли на красную обшивку кресла, оставляя грязные следы, кончики когтей кольнули ткань. Сгорбившись мужчина оглядел присутствующих, не переставая принюхиваться. От дорогих костюмов остались воспоминания, им на смену пришли драные брюки и распахнутая на груди шинель – единственные составляющие гардероба вурдалака. Волосы мокрые, растрепанные, нижняя половина лица измазана в крови, судя по запаху не человеческой, характерный запах коллектора преследовал его попятам. На полах отпечатки ног, подобно рукам больше напоминающие лапы.
- Ты слишком часто появляешься в коллекторах Кепплера. – Теперь он обращался к Гюнтеру, когда немигающий взгляд смотрел в стенку рядом с ним. – Кепплер не знает что ты там делаешь. Кепплеру не нравится, что ты бродишь среди нас. Никто из нас тебя не приглашал.
Сбежав от вампирши, он какое-то время наслаждался своим одиночеством, потом вернулись  остальные. Вурдалачьи стаи собирались вокруг него, до последнего не ведая, что происходит наверху. У них была еда, оружие, часть они перетащили с поверхности, но большую часть не поднимали из подземелий. Тихо, тепло, хорошо, сытно и спокойно. Один день не отличался от предыдущего, пока не появился….
Негромко зарычав, мужчина выпрямился, огляделся еще раз, потеряв интерес к Гюнтеру так же быстро, как и Адель.
- Здесь нет нашей Гели. Где наша Гели? Райнеры обманывают Кепплера как фон Браун и Епрс? Для чего ты привел Кепплера сюда?
Он беспокоился, злился, нервничал, слишком хорошо знал специфику окружавших его запахов. Слишком сильные, слишком опасные…раньше он держался от них на расстояние, избегая. Сейчас….сейчас избежать уже не получиться, его привели в самое сердце чужой берлоги, бежать не получиться – догонят, драться? Из горла вырвался хрип, напоминающий смех.
- Я же сказал, что найду, а вы не верили! – Пожал плечами Харальд, ухмыльнувшись в сторону Раше. – Правда, это заняло много врем…
- Изабеллы Кепплер тоже не видит… - Тем временем подметил очевидное вурдалак. На когтистом пальце сверкнул огромный сапфир.- Скоро наступит жар, Кепплер не успевает сделать что задумал.
Помолчал, втянув запах присутствующих.
- Большинство из них ничего не делали. – Коготь дернулся в сторону Адель. – только мешали тогда….
Прервался, теряясь в событиях и времени, что-то важное ускользало от его внимания. Растеряв часть пыла, вурдалак обошел кресло, сел в него и наклонился вперед, ставя подбородок на сплетенные между собой лапы.
- ….когда…они…Пауль, Кепплер забыл что сделал Пауль...
Негромко шептал он, смотря вникуда.

Отредактировано Keppler (2013-10-01 22:40:00)

+3

36

Что ж, ответы на свое отчаянное предложение Хайнрих получил, причем самые различные. Хартманн осталась верна своему слову, Гюнтер обнадежил, Елену больше интересовал пропавший фон Браун, а Раше, наконец, явил миру свое лицо главы семьи, которое он получил не просто так.
Кое в чем они были несомненно правы, кроме того, что не было возможности выбраться из гетто сейчас. Козырь в рукаве Радецки должен был достаться только Раше, но ситуация была действительно патовой, а им сейчас как нельзя бы пригодилось хоть что-то хорошее.
- Если мы все же готовы выбраться сейчас, осторожно, несмотря на солдат - они же не будут к каждому в рот заглядывать, да и наши лица на столбах не висят, верно? - то есть вариант выбраться из гетто. Буквально недавно я узнал о том, что отсюда есть еще выход... О котором знает кое-кто, находящийся здесь... -  он выдержал паузу.
- Конечно же, мы можем остаться и готовиться тщательнее, но... Мы же все время сидим на пороховой бочке и рано или поздно мы рванем, в Шпандау мы будем или нет...
Однако выступление вампира прервало появление еще одного разрушителя дома Раше. На этот раз миру явился безумный вурдалак, говорящий о себе в третьем лице, и телохранитель Райнера.
Интересно, как мы могли пойти за ним?... И кем он возомнил себя сейчас?
Формально сейчас лидером мог стать кто угодно и как угодно, появление Кепплера только сбивало с общей мысли, а им надо было двигаться дальше... И как можно быстрее!ф

+1

37

- Нам следует высвободить Аделхайд. Я готов участвовать в любой операции, мои слуги - тоже.
Гюнтер коротко кивнул, не слезая с подоконника.
- То, что я и хотел услышать.
– Герр фон Браун, где вас носило? - спросила Елена.
- ...где ты пропадал, Гюнтер? - прозвучал голос Пауля.
Фон Раше и блондиночка, когда-то принятая в семью Рихардом, задали один и тот же вопрос. Вампир осклабился, демонстрируя треугольные зубы и наблюдая за тем, как в комнату входит Кепплер.
- Ты слишком часто появляешься в коллекторах Кепплера. Кепплер не знает что ты там делаешь. Кепплеру не нравится, что ты бродишь среди нас. Никто из нас тебя не приглашал.
- Я бы снес тебе голову, шваль ты никчемная, - правое веко вампира подрагивало, шрам на лице заметно побагровел. Память о предательстве его друга и командира, о торговле кровью своим же под прикрытием фамилии фон Браун, о часах, проведенных в канализации под вой и рычание безумных зверей, которые жаждали отведать его, Гюнтера, крови, была слишком свежа, - но сделаю это не раньше, чем ты увидишь, как подохнет в муках последняя тварь из канализации. А потом настанет и твоя очередь.
Резко мотнув головой в сторону Пауля, Гюнтер, казалось бы, как ни в чем не бывало, проговорил:
- Много времени я провел, изничтожая врагов своей семьи. Среди них были и поганые подземные твари, как та, что присутствует здесь, и мясники из Рейхстага, и выродки из Аненербе. История долгая и скучная, рассказывать здесь не буду, - он единым движением взобрался на подоконник с ногами, собираясь вновь исчезнуть, прыгнув наружу, - Елена!, - всё-таки вспомнил имя блондиночки, хоть и с трудом, - Давай-ка пройдемся.

Отредактировано GameMaster (2013-10-08 21:07:35)

0

38

- Ааа… - просиял Регус, - Гостья…
Его, казалось, совсем не смущало присутствие человека в доме, где людей в принципе быть не могло. Молодая служанка и та была зараженной. В отличие от композитора к пробудившейся незнакомке она отнеслась куда более скептически.
- Знаем мы таких гостей
- Меня зовут Регус, - поспешно перебил её вампир, - А это Марта. Мы вас, должно быть, разбудили…
Тут мужчина слегка смутился и нервно облизал губы. Он так всегда делал, когда чувствовал себя неловко. А тут было от чего. На диване перед ним лежала премиленькая барышня. Хрупкая и совершенно беззащитная. При виде таких в душе пробуждаются самые лучшие чувства и если бы Регус был рыцарем, то он бы никому не дал её в обиду. К сожалению, рыцарем он не был, хуже того – являлся его прямой противоположностью и, к несчастью, не мог постоять даже за себя, не говоря уже о прелестных представительницах слабого пола. 
- А что, собрание уже началось? – вдруг пришел в ужас, бросив Марте почти умоляющий взгляд, - Пойди, узнай хоть, о чем они там говорят.
Наконец спровадив служанку, которая с явной неохотой оставляла Регуса с гостьей наедине, композитор дружелюбно улыбнулся. Вернее это ему так казалось – со стороны это больше походило на вымученную дань необходимым приличиям. Он жутко переживал, что речи других вампиров скорее всего пролетят мимо его ушей, а компания очаровательной барышни его смущала так, что, право, лучше бы он сам отправился на разведку.

Отредактировано Regus (2013-10-11 01:08:25)

+2

39

Темненькая вампирша за спиной мужчины поджала губы.
Ну почему я вечно у вампирш такие чувства вызываю? Алиса не понимала, почему так на нее среагировал Раше, а та лошадинолицая блондинка и эта служанка одинаково окрысились на нее.
- Меня зовут Регус. А это Марта. Мы вас, должно быть, разбудили…
"Марта" оглядела сидящую блондинку с подушкой и сочла больше не вмешиваться в разговор. Нервно облизанные губы привели почему-то и без того взвинченную Алису в состояние ступора. А ну как еще жрать прям щаз начнет... И гитара помехой не будет.
- На том свете отосплюсь. Я Зигрид. - хмыкнула девушка, кое-как держа себя в руках и называя свое второе имя. Она так поступала, если не хотела, чтобы кто-то знал о ней что-то еще.
Смешно - кто кого больше смущался...
Повисло неловкое молчание, а девушка сперва облегченно вздохнула, видя, что вампиршу отослали, а после сглотнула, пытаясь убрать комок из горла.
- Я для того и ушла, чтобы не слушать того, что не для моих ушей. Но ведь меня все равно убьют... - акробатка вздрогнула, невольно выплескивая на собеседника подсознательный страх. - Я ведь человек. И человек, которую в Шпандау, что здесь, что на улице съедят.
Голубые глаза нашли взор Регуса.
- Простите, что я вас с остальными ровняю... Страшно сильно. - призналась Алиса, сжимая все крепче маленькую подушку.
Страшно. Простое короткое слово, означающее куда больше мигов, чем букв в нем. Заходится в рваном ритме сердце, расширены черные зрачки, делая лед глаз темным, а голос и воля стараются не дрожать, как желе на подносе.
- Я знаю, что вы не такой. Вы на мою маму немного похожи, она тоже такая была. - некстати и криво улыбнулась акробатка. - Ее увезли куда-то... Только почему-то я уверена, что не сюда, иначе бы она меня нашла.
Девушка на миг застывает, кусает губы и впивается незаметно ногтями в ладони, оставляя мусульманские полумесяцы на коже. Девушке страшно, и она знает, что надежды мало.
Надежда - мышь, ищущая лазейку - готовилась умереть.

Отредактировано Alissa Scherz (2013-10-10 18:13:46)

+1

40

Не понимал. Ничего, никого. Не принимал, но и не презирал. Нет ненависти, но подозрение захватывало и окутывало с головы до пят. Слишком странное чувство, слишком непривычное состояние - Пауль фон Раше никогда прежде не чувствовал ничего подобное. Ничего такого, что могло характеризоваться как полным ступором и желанием постучать лбом в стену - ради разнообразия.
Странное появление Гюнтера сменилось не менее странным появлением самопровозглашенного короля помойки, сливных бачков и унитазов. И если первого фон Раше встречал с удивлением, то Кепплера Пауль встретил усталым равнодушием - безумец в театре абсурда уже никогда не сможет сыграть роль первой скрипки, как ни крути - пальма первенства у озабоченного и напыщенного солдафона.
- Если. Ещё. Хоть один. Мудак. - Пауль, найдя подбородком опору в скрещенных меж собой пальцах, цедил почти каждое слово. - Будет ломать. Мой. Дом. То я вышвырну вас вон, предварительно поменяв задницу и голову местами.
Нужно было решать - что-то делать, чем-то заняться. Сидя верхом на заборе, расположенном посреди поля битвы, нельзя утверждать, что ты в полной безопасности.
- Пауль стремился сделать так, чтобы в случае неудачи и полного поражения нам было к чему вернуться. Чтобы был Пауль, чтобы была Адель, чтобы был Кепплер. - сострадание к тому, кто мог что-то исправить, кто был способен изменить этот дрянной мирок к лучшему, разорвать круг. Все гении сумасшедшие - каждый по-своему. Таким же сумасшедшим был Пауль. Таким же сумасшедшим был Кепплер. Столь непохожие, столь странные, столь удивительные. - А сейчас Пауль стремится вернуть ту, которая тебе не безразлична. И для этого, именно для этого, я хочу выбраться из этого осиного гнезда так, чтобы никто не догадался. Ты проведешь нас, Кепплер?
Проведет. Или не проведет. Нет особой разницы. Нет никакого счастья.
Нужно решать - делать. Пороховая бочка вот-вот взорвется.

+1

41

Это всегда было так, никогда не меняясь. Самоуверенные сильные мужчины, возвышающиеся над маленькой глупой девочкой, не стоящей того, чтобы тратить на нее свои драгоценные силы и время.  Смотря снизу вверх на резкие, словно у каменных изваяний, черты лица, Елена всегда знала, что из крошечной песчинки ей никогда не стать чем-то большим. Она боялась быть раздавленной, попасться под ноги в неудачный момент, и постепенно страх превратился в ненависть.
Рихтер рассматривала Гюнтера с таким интересом, будто видела впервые. Не было уже на свете маленькой, ничего не понимающей девочки, но скопившиеся внутри нее чувства страха и ненависти, которые будто черной смолой пропитали ее душу, выворачивали Елену наизнанку. Уродливый шрам фон Брауна вызывал в ней смешанное чувство злорадства и невысказанного сожаления, и блондинка лишь раздраженно отмахнулась от нахлынувших на нее тяжелых мыслей.
Когда вслед за до неприличия бодрым Райнером в дом Пауля  внезапным гостем, в хорошо известной Рихтер манере крадучись вошел Кепплер, Елена поджала губы, приходя в ужас от его состояния. Блондинка заметно занервничала, разглядывая безумно вертящиеся зрачки и совершенно невменяемое выражение. От исходившего от вурдалака запаха, она будто почувствовала, как волосы у нее на затылке зашевелились, и прикусила язык. Кепплер, скотина, ты выглядишь еще хуже, чем в былые времена
Она давно его не видела, и, как ей теперь казалось, лучше бы и не видела теперь. Надежда на его здравый рассудок была мелкой бисеринкой в песке всего средиземноморского побережья, а значит, рассчитывать на него в данный момент не приходилось. Адель и Пауль уплывали на задний план. Старая вешалка начала строить политические планы, хотя, откровенно говоря, с ее нынешнего положения полагалось думать о том, как бы просто не сдохнуть в ближайшие полгода от голода или избытка внимания правящих структур к ее персоне.  Блондинка фыркнула, прослушав ультиматум Раше, ставя себе на заметку, что было бы неплохо этот самый дом разнести в щепки, чтобы его хозяин занялся кое-чем более полезным, чем изображение побитой собаки в своей конуре.
Кепплер! – Елена окликнула вурдалака хриплым голосом, не надеясь на адекватную реакцию, повторяя дежурную фразу, которую часто можно было слышать от нее в то недолгое время за стенами этой тюрьмы. Пора кое с кем разобраться.
Глубокий, как ночное небо, камень послал слабый отблеск, после чего Елена скрылась в ночной тьме улицы, следом за фон Брауном выпрыгнув в окно.

+2

42

Появление еще одного нежеланного в принципе гостя заставило Хартманн на пару секунд "потерять лицо". Правда, в тот момент все взоры были обращены к Кепплеру и никто не заметил, как вытянулось лицо Адель, верхняя губа приподнялась, как у рассерженной кошки, которая вот-вот готова зашипеть и расцарапать глаза. Хартманн была соратницей и поддержкой Райнера, но никто не поддерживала вурдалака. Никогда!
Эта помойная крыса еще жива!
С этими мыслями она чуть было не упустила важную вещь - то, что Радецки вякнул что-то про секретный ход. Это было уже интереснее. Особенно то, что о нем знал кто-то из присутствующих... Елена? Гюнтер? Или еще кто-то? Интересно, интересно...
Адель предпочитала руководить, чтобы самой не пачкать руки о кого-либо. Ибо маникюр испортится, мужчины не простят. Посему после ухода фон Браунов она встала с насиженного кресла и скрестила руки на груди.
- Кажется, у кого-то возникли собственные секреты. - надменно произнесла она. - Может, и мы посекретничаем, мальчики? Ну, так кто из всех нас знает страшную тайну - как выйти из Шпандау, если внешняя граница укреплена до невозможности, а коллекторы - хрен я там пойду, мои туфли того не стоят! - охраняются? Или есть еще какие-то места, о которых мы не знаем?
Ее глаза сузились и Адель перестала быть милой красивой стервозной кошечкой. Сейчас она была сгустком сосредоточенного холода, который поразит любого на своем пути.
- А ты, Харальд, может, наконец, скажешь, куда подевался наш уважаемый соратник Вильгельм?

0

43

Свет уходящего солнца.
Свет я увидел в глазах твоих.

«Такой же. Какой же ещё?»  - грустно думает Регус, но молчит, слушая девушку.
Её тоненькие ручки боязливо сжимают подушку, и вся она в этот момент выглядит такой хрупкой, что сердце старика невольно сжимается. Казалось бы, что ему до какой-то девчушки, до её матери, до несправедливостей целого мира вообще, когда сам он на птичьих правах живет в этом доме? От него ведь пользы никакой, он сам словно балласт, который могут сбросить в любой момент, так нужно ли вмешиваться в ход событий, ему не подвластных?
Регус задумчиво пожевывает губами. Ему и лестно и чудовищно неловко. Она явно рассчитывает на его поддержку, ждет от него каких-то слов, хоть чего-нибудь. Но что может предложить ей он? Скрасить последние часы? Быстро кончить мучения? Это явно не то, на что рассчитывают в безвыходных ситуациях утопающие.
Вампир закрывает глаза. Не видеть её проще, так, кажется, что никакой Зигрид не существует и ему не нужно ничего решать. Конечно, можно встать и уйти или продолжить валять дурака, что он умеет в совершенстве, но, может быть стоит хотя бы раз себе вопреки проявить мужество и совершить настоящий поступок? В конце концов, будет, что вспомнить перед смертью-то...
Наконец, Регус шумно выдыхает и бережно кладет гитару на стул. Сам он уже на ногах и, кажется, что-то решил.
- Идем, - он мягко сжимает её маленькую лапку и увлекает за собой. Времени на болтовню у них нет, и вампир, понимая это, ускоряет свой шаг, почти чувствуя, как горит пол под его ногами.
Ночь темна, кое-где горят фонари, и морозный воздух безжалостно щиплет за уши.
- Я не знаю, что я делаю...  – честно признается он, выдыхая облачко пара в лицо своей спутнице, когда оба оказываются на улице, - но тебе лучше бежать прямо сейчас, пока они не хватились, а я не передумал.

Отредактировано Regus (2013-10-19 15:50:29)

0

44

Алиса умолкает, пытаясь привести нервы в порядок. Даже если ей скоро помирать, то пусть хотя бы помрет достойно, а не визжа резанным на сардельку поросенком. Ссутулившиеся плечи выпрямляются, а душе... Душе уже все равно.
Светлая шаль волос поднялась, открыв лицо, перед которым зависла пухлая ладошка. Хуже уже все равно не будет, решительное лицо вампира говорило о каком-то итоге, причем явно неприятном для него. Алиса молча взяла его за руку и проследовала за ним.
- Улица? - только и удивляется вяло девушка, словно впервые все видя. По-своему вампир прав, но рядом слышаться голоса выходящих то ли из дома, то ли из окрестных домов вампиров. И циркачка отчетливо понимает, что ее просто прибью здесь. - Разве ты не знаешь, что в подвале таверны твоего друга есть незапечатанный подвал с ходом в город? Только я не пройду к нему, ты сам знаешь отчего. А здесь меня просто убьют. И неважно где - в доме, или здесь, на улице.
Слова и огоньки в глазах говорили - дело за тобой. Оставь ее умирать. Или открой путь и исчезни вместе с беглянкой из этого адова гетто.
Огоньки подмигивали: открыть путь куда выгоднее, чем оставить умирать.
- Меня убьют на улице. Или в стенах твоего дома. - терпеливо повторила Алиса, смотря в глаза вампиру. - А так мы оба сможем уйти. Если не хочешь открывать - просто проведи незаметно, а дальше я справлюсь сама. Пожалуйста, Регус...

Отредактировано Alissa Scherz (2013-10-23 20:47:54)

+1

45

Офф: извините, ребятки, быстрее надо валить)))

Как же вы меня заколебали. - вдруг тоскливо подумалось Хайнриху. Воинственный дух - это было еще не все, надо было не только настраиваться, но и действовать. Кажется, его голос остался неуслышанным в этом потоке слов. А слушать-то надо было, причем очень внимательно. Кажется, чтобы тебя приняли во внимание, тоже надо было что-нибудь разбить, или совершить какое-либо неожиданное действие. Здесь были вопросы силы, а не болтологии.
Именно поэтому Радецки сделал то, чего бы не совершил в обычной обстановке. Время уходило, утекало безвозвратно. Врач, не выслушивая Адель и безумного Кепплера, который с последнего момента перестал быть крестным отцом мафии и вновь превратился в обычного бомжа, схватил Пауля за плечо, как нежный любовник молодую любовницу и скороговоркой "напарусловнебейменя", вывел того в коридор.
- Извини, Пауль, но это было необходимо. Знаешь ли ты, что в твоем доме находится выход из Шпандау? Прямо в подвале? А вот некоторые особы, которых я встречаю на улице - знают.
Боковое зрение уловило за окном какое-то движение. Наверное, это могли быть Елена и Гюнтер, но природный инстинкт хищника все же заставил мельком взглянуть на вышедших.
- Кстати, в данный момент она сбегает из твоего дома и мы ни черта не сможем без нее выбраться.

+1

46

ну, я как всегда

Регус не совсем понимает, о чем говорит Зигрид. Подвал в таверне действительно есть, но вот о тайном проходе вампир слышит впервые. Какого, спрашивается, черта они тут все торчат, если можно запросто выйти отсюда, благополучно миновав кордоны? Это что, шутка такая? Кто ещё знает об этом ходе? И что вообще за девчонка перед ним?
Впрочем, кем бы она ни была - она права. Негоже им тут торчать на виду у всей улицы - проблемы могут быть у обоих и Регус, долго не думая, вновь решительно тянет её за собой.
На первом этаже тихо и, кажется, никого нет. Наверное, все ещё наверху. Интересно, хватилась ли их Марта? И что подумала? Решила, что он девчонку … того этого? А может её и правда лучше пригрохнуть? А потом ход проверить.…
Или сбежать с нею? О, это звучит так заманчиво! Здесь Регус себя чужим, хотя ему по-прежнему не на что жаловаться. Ну, подумаешь, смотрят косо.… Его ведь волнует не это, а то, что пользы от него, как от козла молока. А Паулю очень хочется угодить, отплатить за всё, что когда-то для него, Регуса, было сделано. Так, может быть, сейчас как раз наступил этот момент?
- Ход, говоришь?
Вампир ухмыляется, но в темноте подвального помещения это вряд ли бросается его спутнице в глаза. Она ведь человек. Ну, вроде бы.
Отыскав брошенную кем-то лампу (керосиновую), он кое-как зажигает её и теперь Зигрид тоже может лицезреть многочисленные бочки с вином (а может вовсе и не с ним), припасенные тут для лучших времен. 
- Подержи-ка.
Вручив лампу девице, композитор присматривается к ряду бочек повнимательнее, а затем отодвигает одну, другую, третью, покуда не находит, наконец, скрытый от посторонних глаз люк.
«Прям как в сказке»
- А теперь по закону жанра, золотая рыбка, ты должна исполнить одно мое желание, - Регус чувствует себя хозяином положения, потому, откинув крышку люка, уже не стесняется больше, - Поцелуй меня и ты свободна.

+1

47

Вампир ничего не ответил и увел ее обратно в дом. Алиса даже дышала через раз, боясь поверить в надежду. Потому что обстоятельства - стены. А надежда - мышь.
И у нее слишком мало шансов найти лазейку.
Однако та даже вырисовывается. Вампир привел ее в подвал, похоже, до ее слов сам не зная, на каком сокровище сидел. Лампа тускловато осветила подвал с рядами уже знакомых бочек и прогрела окоченевшие от нервов руки.
Будь все еще пару минут назад, Алиса слабо бы поверила, что Регус не бросится сообщать обо всем другим. Но теперь просто знала. Знание ведь всего лишь дитя веры...
Даже в неярком свете лампы стало заметно, как заблестели глаза у вампира. Можно подумать я для него открытие совершила... Хотя возможно и так.
Из хода пахнуло гнилью, застоялой водой и холодом. Девушка, присев на корточки, вглядывалась в темноту. А еще точнее - в себя.
У Алисы была милая особенность, говорящая об отсутствии топографического кретинизма: даже если она прошла впервые по витиеватой, со множеством поворотов улочке, и вернулась к ней через несколько лет, она бы не ошибившись прошла ее наоборот. Потому к темноте подземелья циркачка осталась настороженной - все же боязнь закрытого пространства оставалась, да и вояки могли запечатать не только ходы, но и все мало-мальски важные перекрестки. Оставалось лишь надеяться на свою неуправляемую удачу и то, что память не заведет ее и не заблудит в не менее жутких, чем Шпандау, местах.
- А теперь по закону жанра, золотая рыбка, ты должна исполнить одно мое желание.
Одинаковые... Какие же вы все одинаковые... Внутри выползала на свет улыбка облегчения. Она знала, что взамен вампир попросит - и будет прав в своей просьбе.
Алиса встала с корточек и быстро чмокнула в щеку - благодарность и просьба были выполнены.
- Спасибо, Регус... - и акробатка исчезла вместе с лампой в подземелье.

Пивной ресторан "Пьяная Берта"

Отредактировано Alissa Scherz (2013-10-26 10:48:55)

+1


Вы здесь » Spandau » Spandau » Дом семейства фон Раше (особняк с таверной на первом этаже)