ФРПГ Spandau - Альтернативная история Третьего Рейха: вампиры в Берлине. Смешанная система отыгрыша (эпизоды и локации), активный мастеринг, рейтинг - NC-21. Конец сентября, начало октября 1985 года
Рейтинг форумов Forum-top.ruВолшебный рейтинг игровых сайтов Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP

Вверх страницы

Вниз страницы

Spandau

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Spandau » Spandau » Дом семейства фон Раше (особняк с таверной на первом этаже)


Дом семейства фон Раше (особняк с таверной на первом этаже)

Сообщений 1 страница 30 из 47

1

...

0

2

Vol. 4
Подвал ресторана "Пьяная Берта"
http://s3.uploads.ru/t/AqK28.jpg

От автора:
ASP - Ich will brennen


Запах. Запах. Запах.
Вашингтон по нюху пробирался через смрадный коллектор. Чуя издали гарь, как большую опасность, такса во весь дух помчалась туда, откуда веяло свежестью и где воздух был менее затхлым.
Запах. Запах. Запах.
Обоняние пса не подвело и выбираясь на поверхность на территории особняка, Ваш втянул ноздрями свежий морозный воздух. Тысячи, тысячи запахов.
Но был приказ. Один аромат.
Следуя по зову разнообразных ароматов и при этом чуя больших двуногих существ, такса остановилась на месте, оторвав одну лапу от заснеженной дороги.
Запах. Запах. Запах.
Где-то вдали промелькнул знакомый аромат и пес помчался навстречу ему. Во весь дух. Как можно быстрее.
Дикий рев большой и страшной металлической машины, именуемой в мире людей: грузовик, кобель тихо заскулил и переборол в себе желание залаять.
Запах. Запах. Запах.
Незаметно пробираясь мимо ходячих двуногих, Вашингтон остановился возле грузовика и обнюхав колеса монстра, поднял лапу и пометил территорию. После чего, вновь пустился в бег.
И вскоре, нужный аромат выделился среди других. Он отчетливо вырисовался в подсознании пса.
Облизавшись, Вашингтон чуя будущую награду от любимого и здорового ходячего, которому пес был предан всем своим маленьким существом, Ваш перебежками пробирался к цели.

Заброшенный дом с предполагаемой целью!

Отредактировано Ludwig Danziger (2013-02-14 06:27:34)

0

3

Заброшенный дом
Вашингтон притих на руках Фило. То ли от страху, то ли из-за неимения другого выхода. Сейчас пес и Ламберт представляли из себя одно существо. Слегка испуганное и серьезное. И вопреки всему, дампир поражался с себя сам. Не было никакого желания шутить или отвечать сарказмом...
Неожиданно для себя самого, на тихое скуление собаки, расстегнул куртку и нежно засунул их спасителя в более теплое место. Погладил по морде таксы и побрел за женщинами. Вот так тихо и без какого-либо возмущения.
И почему все-таки Вашингтон? Почему не Гитлер или Беррия? Неужели, он связался с янки?
Наверное, по этой причине и был серьезен. И почему-то больше всего опасался, что его единственный лучший друг может работать с США. Он прекрасно понимал, чем могло это закончиться для Людвига. И это волновало больше всего.
Надо с ним поговорить. Не нравиться мне вся эта история с его "баррикадами" и "революцией". Это не в стиле "Ветра". Он не был таким никогда. И если скрыл от меня, что-то важное, я сам его загрызу.
Как-то не обратил внимания на дорогу. Погруженный в свои мысли, Ламберт полностью доверился матери-вампиру. Хотя, это было и нелогично. Он ведь не знал, что могло быть на уме у голодной зараженной. А может, просто не хотел знать. Сейчас, как никогда стал противен и сам Рейх, и система, и само гетто.
А еще больше меня пугает, что ты изменился! Да, Людвиг. Ты - другой.
Тяжело выдохнув, посмотрел на прощание в сторону гетто. Печально и безразлично. Долго смотрел. Хотел запомнить все до мелочей. Запомнить то, что заставило его впервые задуматься.
Потом как-то само получилось, и Фило с иронией выдавил:
- Горите вы все адским пламенем!
Совсем не по-джентельменски вышел вперед и дал понять женщинам, кто все-таки в этой истории мужчина и кому следует их оберегать.
Так же двигался и по дому. Изредка оглядываясь на спутниц. В последствии начал понимать, что один в поле не воин. И потому отошел с матерью блондинки и смотря той в глаза, тихо констатировал факт:
- Думаю, мне не следует сейчас вам напоминать, что вся защита этих девочек лежит на нас с вами?! Надеюсь, что нет. И по этой причине, я заклинаю вас. Будьте рядом. Сам я не смогу уследить за вами всеми. Включая пса, - указав на Вашингтона, медленно обернулся, и добавил: - А теперь все дружно и быстро ищем вход в коллектор. Чем быстрее это сделаем, тем быстрее покинем эти топи.
Как-то сначала не подумал, что пес мог запомнить дорогу через коллектор. Но тот был напуган незнакомыми людьми. И очевидно, что воспитателя не было рядом. Так что, Фило ничего не  оставалось другого, как просто носиться с этой таксой. Ведь Людвиг просил, а Ламберт никогда не подводил своих друзей.
Где может быть выход в канализацию. Где?
Крики и выстрели доносящиеся с улицы, подогревали воспаленный мозг. Как никогда был собран. Плевать   на себя самого. Но, он обещал. Обещал себе вытащить этих людей. И он не мог их, и Людвига подвести. Не мог и не собирался.
Где, черт возьми?!
Сев на барный стул, смотрел вперед безразлично и холодно.
А впрочем. Где может находиться еще выход в коллекторную систему? Там же где и вся барная утварь. Там где прячут скелеты. Подвал. Он же погреб. Единственное важное для этих людей место. Дверь в  город, где вопреки всему можно найти нормальную пищу. И вампиры будут скрывать этот путь.

И стоило лишь найти эту маленькую лазейку. Шанс. Шанс для вампиров найти свежую еду. И сейчас шанс для этих людей - выжить! Выжить любой ценой. И по этой причине, Фило отпустив собаку, обернулся к женщинам и осмотрев их, начал говорить быстро и тихо:
- Я пойду первый. Мы не знаем, что скрывает под собой Берлин. И не знаем, какая может ждать нас опасность там. Но, вас мадам, - Ламберт обратился к вампирше, - вас я попрошу замкнуть это шествие. Ведь у нас с вами столько общего, не так-ли? Так что, вариант такой, что варианта нет. И только мы с вами сможем вовремя кинутся спасать их.
Марлен, как-то решил упустить. Может потому, что тогда блондинка бы боялась не только собственную зараженную мать, но и всех остальных. А так, по крайней мере, пусть думает, что ее подруга по несчастью тоже здоровый человек. А ему терять уже нечего.
Спускаясь вниз по лестнице, он задрал голову, прижимая собаку к себе рукой. Смотрел на девочек и улыбнувшись им, добавил:
- Вперед, время не будет ждать нас...
Подвал ресторана "Пьяная Берта"

Отредактировано Philo Lambert (2013-02-18 21:58:57)

+2

4

Улицы Шпандау
Ирма вела их так, словно запутывала следы. Хотя, кто знает это Шпандау, может, так  и было. Несколько раз вампирша останавливалась, вслушиваясь в отраженное эхо, а Алиса понимала, что у нее сердце грозится вырваться из грудной клетки и пойти по миру прочь от перенасыщенной адреналином крови. Мать же, вслушавшись в отстраненные звуки побоищ где-то дальше них, меняла в очередной раз направление.
Потому, когда она наконец с ухмылкой сказала, что они на месте, циркачка вздохнула, чувствуя, как ноет крепко сжатая в кулак рука.
Дом оказался на удивление пуст. Ну, про крайней мере пустой оказалась таверна, что было им на руку. Девушка юркнула в дверь следом за их путеводителем, утащив с собой нервничавшую Марлен. Ирма не стала пояснять, что большинство вампиров поперлось на Центральную площадь.
- Думаю, мне не следует сейчас вам напоминать, что вся защита этих девочек лежит на нас с вами?!...
Ирма сперва непроницаемым взглядом вцепилась в глаза парня, а потом все же ответила.
- Не следует. - на такой ноте она замолчала, идя вместе с дочерью шуровать по зале...

Алиса тихо крякнула, налегая на ящик и отодвигая его вместе с Фило. Маму она к нему не пустила, понимая, что у той сейчас мало сил для трудовых подвигов, а Марлен и вовсе не стоило к тому привлекать - хрупкая напарница по несчастью врядли была способна на такое. Доносящийся сверху, словно откуда-то из другого измерения, и напоминающий урчание пожара под махровым покрывалом торфяного болота гул нервировал, ссаживал циркачку на какой-то ящик просто для того, чтобы немного взять себя в руки. Пока мать с Фило разговаривали, девушка с силой прикусила губу, отрезвляя замутненный страхом разум. Страхом за себя, за этих людей, за безвинное животное.
- Без вопросов, Ламберт. Надеюсь, ты знаешь путь обратно. - вампирша запомнила фамилию дампира, усмехнувшись "много общему" после его резкой реплики в доме, и оглянулась на дочь. Та, повесив голову, сидела, привалившись к ледяной стене подземелья, и перебирала бирюзовые четки в руках, не слушая слов собеседников.
Алиса не молилась, только тихо постукивала афганскими бусинами. Она мысленно отстранилась, а апатия все также глушила все чувства.
Только как они в подземелья собрались лезть? Там же ничего не видно. Дошло до девушки на тридцать второй бусине.
- А как же свет? В темноте ведь, кроме... тебя никто не видит. - обратилась Алиса к Фило и матери, постаравшись стереть заминку в речи. Как обращаться к матери она уже не знала, потому что для нее доброе звание "мамы" Ирма давно потеряла.
Но о думалке все позабыли и ринулись вниз, словно были летучими мышами или, на худой конец, дампирами. Что, кстати, и закралось в мозг Лисы, раз парень с девушкой резво подорвались в канализацию. Душок стоял такой, что циркачка даже нос наморщила, спускаясь вниз.
- Ну что ты, дорогуша, - мать потрепала кислое лицо дочери за щеку, едва те оказались в подземелье. - Так пахнет свобода.
А впереди маячил парень, которому Алиса мысленно пообещала земной поклон и поцелуй, если едва они выберутся.
Пивной ресторан "Пьяная Берта"

+2

5

заброшенный дом
Страх - чувство, подстегивающее не хуже здорового энтузиазма. Страшно было не только потому, что на улицах творилось нечто ужасное, то, что они практически пробегали мимо. Страшно было еще и оттого, куда их могла завести вампирша. Марлен не доверяла вампирам, будь хоть они сто раз матерями или отцами. Она до сих пор не знала, что сказала бы своему отцу при встрече. Да и не факт, что они узнали бы друг друга при встрече. Вряд ли он присматривал за ней все эти годы. Может быть, сходство с матерью дало бы какой-либо результат, но надеяться на него не приходилось...
Марлен надеялась только на одно - что ее нервное состояние не слишком заметно. Сейчас парадом командовала уже не она, но свою нервозность и упадок боевого настроя показывать товарищам не хотелось. Она до сих пор помнила, как психовала перед Алисой в больнице и ее шутка про "летать" обрела неожиданное решение для спасения.
Тем более, что ее и Алису, как самых слабых, неожиданно вызвались "оберегать". Ну и ладно. Правда, неженское это дело. Свой выкрутасы в психушке, когда она защищала свою жизнь в драке с вурдалаком и сломала позвоночник вурдалакше она объясняла нервным потрясением и инстинктами. Сейчас бы она не повторила это и при большом желании.
Дом, в который Алиса ее буквально втащила за руку, был на удивление пуст. Марлен нахмурилась и на замечание Фило молча, вместе со всеми, принялась искать вход в здание. Одновременно с этим ее мучило головокружение, да и не проходящая уже недели полторы тошнота навевала на самые интересные мысли. Надо подождать еще недельку и проверить...
Или лучше проверить сейчас, пока не поздно? Интересно, а как Лех воспримет новость о своем возможном отцовстве? Черт... Сначала выбраться, потом - думать о детях!
Выход на свободу был найден и без особого ее драгоценного участия. Запах стоял такой что... Кгхм. Но слово "свобода" пересилило брезгливость. Сейчас выбирать не приходилось. Марлен хотела выбраться, наконец, из этого кошмара и забыть все, как страшный сон.
- А как же свет? В темноте ведь, кроме... тебя никто не видит.
Марлен аж затормозила на полпути.
- А вампиры видят в темноте? Как кошки? Не знала. - она достала из кармана зажигалку, которой собиралась воспользоваться в крайнем случае. Курить она практически бросила, а вот зажигалка осталась.
Ну что, вперед, к возможной свободе?
Пивной ресторан "Пьяная Берта"

Отредактировано Marlen von Helldorf (2013-02-22 11:50:06)

+2

6

Начало эпизода: Марш несогласных
Седьмой сезон

Разочарование. Эта зима, вместе с хлопьями снега и морозами, вместе с ворохом снежинок, фильмов про Санта Клауса и мыслями о подарках и длинных выходных, принесла с собой разочарование. И это было терпимо.
А уходящий год принёс собой злость и ненависть...
"Ненавижу! Ненавижу их всех и каждого! Каждый ублюдок из "Единого фронта" достоин лишь одного - медленной и мучительной смерти. Быстрое убийство и прощение? Ну, нет! Ты и твои люди не заслужили этого, Менгеле! Ненавижу!"
Ночные хищники, второй раз в истории загнанные в старые клетки, вкусившие прошлую жизнь цари ночи и господари тьмы должны ютиться в старом гетто, прижатые законом не покидать Шпандау. Ублюдки, жалкие бурдюки с кровью смеют им приказывать, отняв всё то, что в короткие сроки сумели добыть вампиры.
"Время показало, что мы лучше. Бессмертные, успешные, талантливые - мы в короткие сроки достигли таких высот, которые многим из вас не подвластны в течении ваших никчемных жалких жизней!"
Прав был фон Браун - люди лишь пища. Лишь расходный материал, который следует загнать в свою доисторическую нору, из который им не выбраться пару тысяч лет.
Увы, идейных и духовный лидер восстания был убит. Казнен живыми хранилищами крови. Глупо.
Пауль фон Раше приоткрыл левый глаз, не жмурясь разглядывая ленивый огонек свечи, медленно пожирающий свечу. Он не один: пара верных слуг, которые не отказались и не бросили. Но ни одного из них нельзя назвать сильным соратником.
Главы вампирских семей были уведомлены о собрании - и что же? Никого!
Трусы. Жалкие трусы.
"Они знают, что этот ублюдок проводит чистку. Знают, что он обязательно запустит солдат в гетто, жечь и убивать, не считаясь с потерями, которые последуют со стороны людей. Знают, что один из отрядом обязательно навестит дом некогда успешного режиссера. И я это знаю. И жду."
Если он подстроит собственную смерть, то решит сразу две проблемы: развяжет себе руки для установления новых соглашений с семьями и упырями и обеспечит временную безопасность со стороны людей.
А что будет потом - покажет время.

+1

7

Отыгрывает Marlen Meier

Адель Хартманн

http://pics2.pokazuha.ru/p442/6/e/3599364re6.jpg

Адель знала, что все закончится именно так. Она не стала доверять людям и раскрывать как-то свои секреты. Вампирша слишком презирала этих убогих, которые, тем не менее, снова смогли загнать всех в Шпандау. Вопреки себе, Хартманн не стала сопротивляться, понимая, что сейчас лучше переждать. Райнера сместили с поста гауляйтера, а Макс... Ах, душка Макс, фюрер фюреров, где теперь ты? Единственный фюрер, который пил с ней вино и поддерживал вампирскую сторону, оказался убит.
Возникал вопрос - а что дальше? Снова массовая хрень с листовками, взрывы мостовой, зачистка и прочая ерунда. Уже сейчас стали вновь бросать в Шпандау тех, кто был хоть как-то связан с вампирами. Помнится, парочка попалась ей в переулках... Не стоило им так делать, решительно не стоило. В ту ночь она была особенно раздражена.
Когда Хартманн получила весть от фон Раше, она была немало удивлена. Разве прошлые опыты показали, что объединения чего-то стоят? Или он решил придумать что-то еще? Хотя за такое количество времени стоило сделать определенные выводы. В любом случае пока что все они слишком расслабились и не ожидали удара.
Но одна голова хорошо, а две - уже некрасиво. Посему Адель сейчас, стуча каблучками, вошла в дом фон Раше.
- Пауль, дорогуша, надеюсь, ты не заждался, - промурлыкала она грудным голосом. - Девушкам положено опаздывать. А где остальные? Неужто никто не пожелал тебя посетить?

0

8

Улицы и переулки Шпандау

ASP - Werben

Обитаем?! М-да... Нам тогда действительно повезло.
Мозги оттаяли, и девушка уже раскаялась в своей излишней болтливости.
- Тигры - это такие животные, полосатые.
Он издевается?
Однако, тот небось не издевался, а задумался. Потому что в плечо вцепились так, что отдирать руку пришлось бы вместе с собственным плечом. Её непонятно за кого приняли. Если приняли за дампира (иначе зачем ему говорить, что он сильнее их, это же очевидно) - разочаровывать вампира в своей расовой принадлежности Алиса не будет. Если за нее саму - тоже не за чем. Так что удобнее.
Маска балагурки вдруг слетела - циркачка остановилась, заставив остановиться перед домом и самого вампира, обернулась к нему, не обращая внимания на боль в плече. Взгляд нашел глаза вампира.
- Герр Хайнрих, вам же вроде нельзя пить кровь дампиров. И потом, я очень вас прошу не говорить вашим... коллегам про ход. Потому что хозяева сами могут его не знать, я его и то только с собакой нашла. Для меня это единственный шанс выбраться отсюда. И для вас теперь тоже. Пожалуйста, дайте мне уйти отсюда. И если вы знаете, где мама...
Сердце подпрыгнуло, девушка умоляюще смотрела на Хайнриха. Зрачки затягивали.
- Я видела, что маму повезли куда-то на душегубке, думаю, что сюда. Пусть меня сюда закинули только для того, чтобы этим "рихардовским добровольцам,", - с отвращением почти выплюнула слова Алиса. - Было веселее потом ждать окончания охоты на ваших коллег в городе. Мне на них, на Рейх и вообще на политические  противостояния плевать. Я хочу только вытащить свою мать, а после уехать из Берлина. Если мамы здесь нет, то дайте мне возможность выбраться и найти ее в городе. Пожалуйста, дайте мне на это шанс.
Обычно невозмутимая Алиса переживала. Жар в голосе искренне обжигал, девушка даже не сколько за себя боялась, сколько за свою мать.
Вздохнув, девушка отвернулась спустя паузу и решительно пошла к дому. А там уже стук в дверь оповестил хозяев о гостях.

Отредактировано Alissa Scherz (2013-09-01 19:50:34)

+1

9

Улицы и переулки Шпандау

- Вижу, что вы слишком уж хорошо осведомлены о том, что нам можно делать, а что нельзя. По-видимому, жизнь вампиров стала всеобщим достоянием и дампиры - а дампиры ли? - знают гораздо больше, чем положено знать. В любом случае, фройляйн Алиса, я не собирался вас убивать. - хватка ослабла. - Прошу прощения, если произвел такое впечатление. На войне как на войне, знаете ли, никому нельзя доверять. А ваше знание непременно должно использоваться.
Руку ее он давно отпустил. Хочет - пусть бежит, убегает. Ирма сама должна присматривать за своей драгоценной доченькой.
- У вас мать, у меня - сестра. - откровенность за откровенность. - И как вам не хотелось бы, чтобы с Ирмой что-то случилось, мне аналогично не хочется, чтобы что-нибудь произошло с моей сестрой. - как и всегда, когда Хайнрих говорил о Мики, в его голосе появлялась теплота, несвойственная вампиру в обычное время. Мелькнула и пропала в этой  зиме.
- Можете не волноваться. Для того, чтобы воспользоваться ходом, вам все равно придется попасть в дом. А там, даже если вы желаете попасть по-тихому в тайный ход, у вас все равно не получится.
Улыбка на его губах вновь стала ледяной.
- В свои годы я как-то могу отличить дампира от не-дампира. Надеюсь, вы меня поняли. Но свою легенду можете поддерживать.
Он вошел в дом фон Раше.
- Пауль, на два слова.

0

10

Что если тебя скажут, что твоя жизнь, такая настоящая и неподдельная, на самом деле подделка? Что если ты никогда не жил на этом свете до этого дня? Что всё то, что вокруг тебя не стоит и ломанного гроша?
Однажды бывшие люди проснулись иными. Однажды Рейх должен был содрогнуться от их мощи и встать на колени перед ними. Новая раса, совершенные люди: бессмертные, бесстрашные, сыны и дочери своего отечества. А что вместо признания? Презрение. Ненависть. Они не заслужили этого. Не этого.
Люди это прекрасно поняли... и боялись. Боялись, потому что в природе своей человек - существо мерзкое и жалкое. Как таракан.
"Тараканов следует давить!"
Пауль фон Раше поднял голову, кошачьим взглядом целуя Адель Хартманн и раздевая догола. Увы, удовольствия не получил никто.
Наверное, сегодня просто был не их день.
- Девушкам? О, да, девушкам, прости. - легкая улыбка источала яд скорпиона. - А я-то думал, что имею дело с мудрой и хитрой женщиной, Адель. Остальные? Нет никого остальных. Все трусы, что забились в свои норы, меня не интересуют. А тебя? Вина?
Ситуация менялась чуть быстрее, чем позволяло время.
К ним пришли. Вопреки желаниям и ожиданию фон Раше - не Кепплер и даже не явившийся с небес Рихард фон Браун. А жаль. Не их - себя.
На вошедших, пусть и незримо для них самих, моментально уставился нарезной ствол винтовки - один из преданных слуг лишь ждал приказа, чтобы спустить курок.
Пауль лениво покачал головой.
- Как странно. Ко мне приходят столь странные гости. И столь неожиданные. Чего ты хочешь, м? Ты, кажется, ошибся дверью?

+1

11

Хватка ослабла, а Хайнрих все же соизволил ответить.
- Я понимаю. - чуть пристыженно ответила Алиса, посильнее натягивая на себя теплое пальто.
Потому что я боюсь замкнутых пространств и не ориентируюсь в подземелье. Закончила за вампира девушка. Пофигизм и отчаянное желание надавать всем на пути по мордам слиняло в неизвестном направлении, оставив отвечать на звонки мозга страх и решимость.
- В свои годы я как-то могу отличить дампира от не-дампира. Надеюсь, вы меня поняли. Но свою легенду можете поддерживать.
- А я и не говорила, что являюсь дампиром. - об этом циркачка даже не заикалась. Потому что сведения о вампирах и их потомках можно достоверно получить от матери-вампира.
Наконец на стук открыли, и девушка шмыгнула следом за Хайнрихом в дом, опустив глаза долу и изображая эскорт. Страх пока что усиливался, но Алиса держала себя в руках. Пока хозяин дома, которого она уже видела на свадьбе Марлен, не предпринял завуалированную попытку выставить их из дома. Ну, по крайней мере, так показалось Алисе, которая спустя диалог двух вампиров в паузе вклинилась в их уютный клыкастый дуэт, пока их не сопроводили куда-то внутрь.
- Герр, вы позволите, с вами поговорить? - съежившаяся, простоволосая с распущенной песочной копной до пояса, девушка вскинула голубые глаза на вампира. Красив, опасен... Но придется иметь дело с ним и отдавать все, что можно лишь бы выбраться отсюда.

0

12

- Хитрая и мудрая женщина никогда не признается в том, что она хитрая и мудрая, этими качествами наделяют нас мужчины. - промурлыкала в ответ Хартманн, как сытая кошка. Ее улыбка могла бы заморозить самого жаркого мужчину, а у Пауля и так настроение было ни к черту. Дойди дело до драки, неизвестно, кто бы вышел победителем и чем бы все закончилось, посему Адель перестала дразнить Раше и села на стул, изящно скрестив длинные ноги.
- Меня всегда интересовали только сильные личности, над слабыми даже издеваться неинтересно. Может, еще заглянут?
Стук в дверь только подтвердил ее слова.
- Видишь, у тебя гости, а ты переживал.
Правда, гости были, не сказать прямо, что очень ожидаемые.
- Радеееецки. - слухи о Мики и ее влюбленном братике были лакомой сплетней для многих. - Ты привел нам ужин? Очень кстати!
Пауль же отнесся к гостям более жестко.
- Милый, мне кажется, сейчас не время разбрасываться кадрами, пусть даже и такими не особо ценными. - Адель усматривала выгоду во всем. - Нам пригодится каждый. - она многозначительно улыбнулась.

0

13

- А я и не говорила, что являюсь дампиром.
- В самом деле? - Хайнрих поднял брови. - А тогда почему вы говорили, что вампиры не должны пить кровь дампиров? Впрочем, это детали...
Прием, оказанный в доме фон Раше, не соответствовал ожиданию. Белокурая стерва Хартманн  тоже находилась здесь. Вопреки ожиданиям, в доме не было ни Райнера, ни его вурдалакского друга, ни Адель фон Браун. Только ствол, смотрящие в лицо.
- Сейчас не время для твоего пафоса, Раше. - Хайнрих не дрогнул, только поморщился. - Мики предпочла остаться и прислала своего советника. Какая разница, кто будет тебя слушать, если решения мы принимаем вместе?
- Милый, мне кажется, сейчас не время разбрасываться кадрами, пусть даже и такими не особо ценными.
В кои-то веки стерва права.
- Именно так. Не строй из себя недотрогу, который отмахивается от помощи. Я пришел не воевать и не пытаться стать лидером. - он говорил твердо, хотя знал, что фон Раше может дать знак для выстрела.
- Герр, вы позволите, с вами поговорить?
Да ты-то куда лезешь?

0

14

Season 7
Зима началась внезапно, будто упала с неба пронизывающим ледяным морозом, скрываясь в ночной тьме от людской суеты. Погрузившись в воду, она впивалась костлявыми пальцами в живую плоть, пытаясь оторвать для себя хотя бы частицу так не хватающих ей жизни и тепла.
С коротко остриженных волос Елены медленно стекала вода. Онемевшие от долгого пребывания в ледяном плену конечности наконец-то пришли в норму, а сутулая, нервная фигура на неизменно черно-серых улицах ночного Шпандау вряд ли привлекла бы к себе какое-нибудь внимание. То, что одежда вампирши была насквозь промокшей, лучший друг Рихтер – тьма – скрывала как нельзя лучше. Знакомый особняк фон Раше приближался, пока блондинка медленно продвигалась вдоль стен холодной улицы.
В ней было уже сложнее узнать вечно сладкую, ехидную девочку с наигранной невинностью во взгляде. Будто обтянутый кожей скелет с обострившимися чертами, резкими скулами, она исподлобья смотрела вперед, словно хищная птица. Тонкие пальцы с длинными ногтями чем-то смахивали на ястребиные когти, а движения стали медленными, без единого лишнего порыва и вздоха, словно сохранявшие силы для чего-то более важного. Для нее не рухнул мир, не наступила эра отчаяния. Но в день, когда простой и небрежный иллюзорный мир, сотворенный человеком, растаял на глазах, для Елены пришло время вспомнить. Вспомнить, кто она.
Старый добрый Эрнст. Какая жалость, что когда-то давно она не смогла своим куцым умишком дойти до той истины, которую сообразительный ебаный псих знал наверняка. Этот насквозь гнилой мир нуждается в огне. Почему не стоило дать всему Берлину прикурить от огня ядерного взрыва?
Но он, по крайней мере, оставил кое-что еще. Информация и еда – в Шпандау были не то, что на вес золота, а на вес чьих-то жизней. Впрочем, именно такая цену за них и платилась. И Рихтер могла часами проводить в ледяной воде, двигаясь по течению в нужную сторону, если ей помешают попасть на дно, где спряталась кроличья нора. Ведущая в «Страну Чудес». В моменты, когда холод тонкими иглами пронизывает все тело, пробираясь к горячему пульсирующему сердцу, нет ничего более несущественного, чем жизнь и смерть. И одна лишь мысль в голове – о том, чтобы никто не заметил.
Вампирша вошла через черный ход – не хотелось заранее светиться, ведь, судя по теням в окне, у хозяина были гости. Здесь Елену знали, поэтому криков ужаса и удивления не последовало. Вместо этого отправили кого-то к хозяину, сообщить о внезапном визите блондинки.  Устало прислонившись спиной к стене, Елена провела рукой по лицу, пытаясь изобразить свое обыкновенное, насмешливое в любую непогоду выражение. Заявляться прямо сразу на светлые очи «друзей» фон Раше она не собиралась. Но он сам теперь, раздавленный и оскорбленный, был именно тем, в чем нуждалось осуществление ее сумасшествия. Пора вспомнить, кто мы есть

+1

15

Вот и настал момент раствориться в вине: алом, терпком, как кровь, пьянящем и головокружительном. Остаться в цепких лапах зеленого змея, чтобы не видеть, не слышать и не ощущать. Чтобы не участвовать во всём этом цирке и маскараде уродов, которых прыгал и плясал вокруг.
За что, Господи? За что? Такую судьбу ты хотел сыну своему, маленькому мальчику, который выводит палочкой на речном песке солнце? Этакое "счастье" ты готовил для влюбленного утонченного юноши, тонкой рукой выводящего на холсте девичий профиль?
Всё испортила война. Война их прокляла, преобразила и уничтожила. Сделала из простых людей сверхсуществ, которые были обречены на правление и провал одновременно.
Люди никогда их не поймут и никогда не простят. Они сами воевали за это. Во имя великой цели, расы и нации поднимались в атаку против знаменитых красноармейских корпусов и отрядов. Во славу Рейха умирали под градом вражеских пуль. И всё ради чего? Чтобы кучка оставшихся в живых с тех давних времен либо умирали, старея позабытыми своими "любимыми" родственниками, либо обратилась в существ столь далёких от идеалов, за которые они сражались.
Вампир. Это звучит гордо?..
Другой мир. Другая жизнь. Нет больше мальчика. Нет больше юноши. Только чудовище. Хищник.
Пауль фон Раше дерзким взглядом ужалил Радецки.
Щенок, пусть и оскалившийся, слишком много себе позволяет. Слишком непозволительно себя ведёт, слишком нагло и дерзко тявкает на протянутую руку хозяина. Зачем?
"А ведь ты совсем не подозреваешь, как сильно ты обязан своей спутнице. Если бы не странная птичка, то твоя голова украсила мою каминную полку, а ты бы умер, запачкав мне ковер. Ублюдок".
Сделав миролюбивое движение, означающее ничто иное как предложение занять мягкие кресла с резными ручками красного дерева, фон Раше внимательно посмотрел на девушку, спасшую, сама того не зная, ублюдка и дегенерата. Что же, если в мире есть демоны, то почему бы не встретиться ангелу? Хотя бы в шутку.
- Хочешь говорить? Что же, говори. У нас тут свой кружок, где взаимопонимание и взаимодоверие столь близко граничит с безумством, что уединяться с таким мерзкопакостным типом как я - дело последнее.
Из полутьмы скользнула фигура безликого слуги в вычурной ливреи с большими блестящими пуговицами. Тонкие губы шепнули Паулю на ухо нечто, что могли бы слышать вампиры.
Могли бы, если бы фон Раше не провел ногтем по древесине подлокотника - слушайте скрип, друзья и подруги. Не ваших ушей разговор.
- Позаботьтесь, понял? Ты сам всё знаешь.
Слуга скрылся также бесшумно, как и появился.
Пауль фон Раше, проведя указательным и большим пальцем по подбородку, уперся взором в голубые глаза странной девчонки.
"Пой, птичка..."

+1

16

- Ты привел нам ужин? Очень кстати!
Первые слова, что встретили ее здесь были такими. А где вы слышали, чтобы вампиры отличались гостеприимством. Алиса сделала вид, что не заметила слов блондинистой стервы, так портившей свадьбу Марлен, а теперь и ее "любящие" щекотку нервы.
Вампир, помощь которого была ей нужна, вперился в нее темными глазами, заставляя нервничать сильнее и ощущать себя главным блюдом на вечеринке упырей. Однако что-то неслышное, спрятанное под скрипом дерева, и слова блондинки не заставили ее потерять привычной язвительности.
- Как пожелаете. - если у вас нет денег, то займитесь своим воспитанием. Так что Алиса взяла себя в руки и спокойно продолжала речь. - Герр, думаю, что мне не стоит присутствовать при вашей беседе. Могу услышать много лишнего, а жить мне еще хочется. И потом, меньше знаешь - лучше спишь. Может, мне прождать время вашей беседы в комнате, где я вас не услышу?
Плавный и понятный только троим в комнате намек на ее временное, а желательно и полное отсутствие и перемещение за стену.
- Ах да, фрау... - акробатка обернулась к Хартманн. - В следующий раз прошу вас быть осторожней со словами. Все ж таки возраст, вон уже синячки под глазами, и не ровен час кто-то за оскорбление с вами подраться решит. А бить старушек... Неуважительно.
Блондинка потупилась, вздохнула. А то она не знала, что ходит по лезвию ножа и вспыльчивая женщина может ей оторвать голову. Однако оставить просто так звание "ужина" акробатка не могла. Вскинула голову, ровно и прямо встречая разъяренный взгляд.

Отредактировано Alissa Scherz (2013-09-07 14:22:31)

0

17

Все же Радецки иногда следовало затыкать рот. Странно, обычно этот вампир был воплощением спокойствия, что же сейчас вызвало в нем такое раздражение? Не эта ли блондинистая особа? Пауль, видимо, плененный взглядом невинной девочки (который вполне мог быть наигранным) не стал разводить споры. Надеяться на то, что он послушал ее совет, было глупо. Адель слишком хорошо знала этот тип мужчин, но указывать Раше ни на что не стоило. Все же они гости в его доме и парадом командует он. Не свернул шею Хайнриху - и ладно.
Хартманн, если честно, заскучала. Неясно, зачем их собрал Пауль, если отталкивает протянутые руки для рукопожатия и заключения мира между семьями для какого-нибудь великого дела. Туз в рукаве, или в любом другом неожиданном месте может обнаружиться у каждого. Даже если он Радецки.
А вот "ужину" следовало бы спрятать язык за зубами, иначе она рисковала потерять его через несколько минут. Надо просто следить, когда Пауль потеряет к ней интерес.
- Ты правда так считаешь, глупенькая девочка? - губы Адель расплылись в холодной улыбке. Самоконтроль - вот что должно отличать женщину от мелкой курицы. - Что ж, думай так и дальше.
Встретимся в темном переулке, дорогая.

0

18

Будь Радецки характером в Хартманн он бы уже давным-давно досадливо стукнул себя по лбу. Балаган. Другим словом собрание вампиров нельзя было назвать. Кружок по интересам, всеобщая пьянка, светский, блять, прием, но никак не решение каких-либо важных вопросом. Что ж, неудивительно, что вампиров снова загнали в гетто!
Но на лице Хайнриха не отразилось ни единой мысли. Как и всегда, врач предпочел смолчать и  принять "гостеприимство" фон Раше, чем возмущаться дальше.
Итак. Кто у нас тут? Загадочный не в меру Раше, который сам не знает, чего хочет, Хартманн, которая знает, чего хочет, однако слишком умна, чтобы сразу выдавать все свои сюрпризы, непонятная девочка Алиса, полезшая на рожон и явно сунувшая нос не в свое дело... И я. Вампир, которого вряд ли будут слушать. Зато слушать умею я. И очень, надо сказать, неплохо.
Каков вывод? Мы в жопе.

Да уж. Сейчас и в самом деле требовалось проводить не эту "тайную вечерю", а, по меньшей мере, референдум. Хотя, может, фон Раше и прав в чем-то со своей осторожностью. Но не настолько же предельно!
Еще и Алиса вздумала пикироваться в споре с Хартманн. Кажется, девочка отморозила последние мозги.
- Не стоит, дамы. - произнес Хайнрих, одарив Алису взглядом "чтотыблятьделаешь?!"

+1

19

Так уж повелось, что в доме у Раше всегда было тепло и пахло чем-то сладковато-интересным. Если исключить тот факт, что Елена чувствовала себя тепло «тепло» и в нулевую, а загадочные ароматы были, в основном, оставлены какой-либо очередной бабой хозяина дома, то зрелище получалось вполне себе неплохое, даже уютное. В особенности для Шпандау.
Старина фон Раше принимает у себя эту сморщенную змею Хартман… еще один повод не соваться к гостям. Елена краем глаза заметила, как медленно полезли на лоб глаза верного помощника Пауля, пока та постепенно опустошала «закрома» вытаскивая содержимое промокших карманов на ровную поверхность стола.
Так просто убить и выкачать шприцом литр-другой крови. Изуродовать труп, чтобы об убийце однозначно можно было сказать только – «психически нездоров». Какая изобретательность каждый раз. Какая спешка. И от трупа лучше всего избавляться – оттащив куда-нибудь в бомжатник. Чтоб недели через две нашли. Самое сложное – дождаться цель. Ради одной можно рисковать жизнью и семь  раз в неделю. Если повезет.
Река не смысла остатков крови с ножа и скальпеля (чья-то охеренная была идея, грохнуть хирурга), и темные багровые разводы застыли на блестящем лезвии  сюрреалистическими узорами. Привычными осторожными движениями вампирша стягивала с себя мокрые тряпки, избавляясь от запахов реки. Ей понадобилось меньше десяти минут, чтобы привести себя в божеский вид, и Рихтер, собрав влажные волосы в узел, оттирала кровь с оружия.
Они заслужили это. Быть изуродованными жалкими куклами, повисшими на леске, по которой медленно стекают густые, вязкие капли. В их кукольном театре, пожалуй, все было легко, очаровательно и просто. Вспоминая об искусственном блеске, Елена почти задыхалась от раздражения и злобы. Этой зимой у фройляйн Рихтер окончательно прорезались зубы.
Пряча скальпель в складках одежды, Елена подумала, каких проблем огребет, если кто-то вдруг задумает ее обыскать. С жизнью в таком случае можно будет распрощаться. А перед этим с почками, пальцами, ушами и носом. И вообще со всем, на что фантазии хватит.
Неплохо я тут устроилась… Елена собралась явить свой светлый лик гостеприимному хозяину дома. А заодно и обсудить парочку «рабочих моментов»

0

20

И если мир хочет сойти с ума, то мы не сможем ему помешать. Пауль фон Раше, баловень судьбы и некогда любимец женщин, сейчас желал одного - чтобы в этой комнате этих женщин было как можно меньше, а Радецки свалил как можно быстрее. Неожиданное появление Елены, девочки Кепплера, кое-что меняло, кое-что решало, но кое-где добавляло загадок. Пауль фон Раше любил находить отгадки.
Девочка, которая давно уже девушка, но явно не тянула на женщину полноценную, была интересной, с огоньком. В свое время, когда этот мир был не столь грязным, таких девочек было больше, а сейчас их следовало сдавать в музеи в качестве экспонатов. Или отдавать в порноиндустрию - огонек и некая пуританская сдержанность очень уж ценилась зрителем.
"Забавно. Интересно. Радецки, сука, где ты откопал такую милашку?"
Серо-зелёный взгляд высшего вампира ещё раз внимательно остановился на лице девушки, убедившись, что он её раньше не видел и видеть не мог. Однако ощущение того, что всё-таки она ему где-то встречалась не покидало.
"Ты мне всё расскажешь потом сама, пташка. Пропоешь на ушко, пока первые рассветные лучи не проникли в комнату. А потом... что будет потом для тебя не так важно."
- Умерь свой пыл, девочка. Хотя бы сделай вид, что уважаешь тех, кто похаял твою непобедимую империю и твое непобедимое правительство, которое, о чудо, бросило тебя сюда. Или как ты здесь оказалась? Не важно.
Щелчок пальцев - на мгновение показалось, что звук был аналогичным сломавшейся берцовой кости. Сразу же из полутьмы выступила рослая фигура слуги с винтовкой в руках.
- Наша гостья желает уединиться в комнате. Проводи её и постарайся, чтобы она осталась цела и невредима.
Выделив последние слова, Пауль даже не обернулся, когда рослый вампир дружелюбно указал девчонке на темный проем в стене, который, конечно, был дверью вглубь дома. Если красноречивый жест дулом винтовки можно назвать дружелюбным вообще.
- Итак, дамы и господа, наш маленький кружок стал ещё меньше, а утро приблизилось на пару десятков минут, пока прелюдии и взаимные лобзания подошли к концу. Рад вас приветствовать, но теряюсь в догадках: зачем вы явились сюда? - фон Раше откинулся на резную спинку - Неужели новое правительство поспешило достать своими цепкими когтями и вас? Занимательно. Я думал, что я избранный.

p.s.: Елен, я сразу же после твоего следующего поста влезу. Я откровенно не понял, вошла ты в нашу комнату или нет. Мне стыдно.

+3

21

На неё зашипели змеей, нацедили яда и нарявкали в лучших традициях разъяренного батьки.
Алиса, ты ДУРА.
Впрочем, зачем вновь вспоминать ярлык блондинок, если их количество на квадратный метр в ближайшей округе зашкаливает? Одна, знакомая, смотрит остановившимся взглядом на них всех, вторая сладко улыбается (только яда с клыков не хватает). Мужчины же тоже вели себя как блондинки: один, пальто одолживший, поджал губки, а вот второй, который шеф этого варьете, впился взглядом, от которого про спине панически простучало копытами стадо мурашек и припомнилась яркая антигосударственная карикатура: погибший фюрер с яблочком во рту лежал на блюде, а рядом собирались клыкастые твари, чиркающие ножами и вилками. Правда, теперь вместо Макса Волькенштейна, в воображении находилась ее цирковая тушка.
Сразу видно как они дичают без женских рук.
Бравада была единственным вариантом удержать лицо и не съехать в истерику.
Алиса покаянно опустила голову, видя дуло винтовки.
- Наша гостья желает уединиться в комнате. Проводи её и постарайся, чтобы она осталась цела и невредима.
Девушка покорно проследовала вглубь дома. Здесь было темно и тихо. Шумоизоляция работала на уровне, и акробатка, стараясь не делать резких движений, села на диван, нагло облокотив голову на диванную подушку. А что ей еще оставалось делать, как не закрыть еще и глаза и надеяться, что Хайнрих не поднимет при всех тему хода... Хотя ему это невыгодно.
На шее шевелились волоски.
Надо было не сразу переться, а забиться в другой дом, подождать, пока они свалят, и забраться в подполье. А там было бы что было б. Теперь сиди жди вердикта, что тебя сожрут-изнасилуют-убьют (нужные слова подчеркнуть).
Однако все мы крепки только задним умом...

офф

Следующий круг я пропускаю. И вообще пропускаю вплоть до нужды в Алисе, так что появлюсь в конце ваших бесед.

Отредактировано Alissa Scherz (2013-09-15 09:14:22)

+1

22

Сразу было заметно, кто из двух находящихся здесь мужчин сильнее хотя бы морально. Если Радецки удостоился только одной фразой, которая не примирила бы двух блондинок, вздумай они сцепиться, то Раше предпочел более детальное объяснение, почему не стоит плохо отзываться о... как там? женщинах в "таком" возрасте?
Победную ехидную улыбку белокурая стерва себе не позволила. Лишь закинула ногу на ногу, откинувшись на сидение. Жутко хотелось закурить, или выпить, а лучше то и другое сразу, но в такой компании нельзя было долго расслабляться. Сожрут.
Появившуюся Елену Адель поприветствовала лишь кивком головы. три блондинки на 10 квадратных метров - многовато.
- Пауль, - сладко мурлыкнула Хартманн. - Смею тебе напомнить, что ты сам пригласил нас, даже странно, что Радецки был встречен твоим стволом. Ты спросишь, в чем мой интерес? Он не изменился. Довольно уже притеснять расу, которая живет лучше, больше и дольше. Что двигало этими людьми, что вновь загнали нас в гетто? Страх. Они боятся нас. Снова. Потому что ступив за стены Шпандау мы сделали Берлин своим. Все, что раньше было нелегально, стало доступным и люди привыкли, но... 
адель выдержала паузу
- Но нашелся тот, кто сумел подставить всех нас и перегрызть глотку фюреру. Кому-то очень помешало наше присутствие. Подстава всех вампиров чистой воды, но... Может, следует искать предателя среди нас? Это совершенно случайно может быть Радецки... О, не смотри так на меня. Или ты, Пауль? Или твой очередной озверевший крылатый любовник, блондиночка? - взгляд Адель стал жестким и холодным.
- Или же это было сделано с целью подставить только одного Райнера? Мы не можем знать мотивов того, кто подписал приказ о возвращении в Шпандау

0

23

ОФФ:

Alissa Scherz написал(а):

сожрут-изнасилуют-убьют

обязательно. готовься.

Хайнриху все меньше и меньше хотелось находиться здесь. лучше бы он встретился с Бальдуром, от того и то было больше пользы. Правда, появление Елены немного умерило готовый прорваться наружу пыл. После смерти ее друга вампирша из фон Браунов стала совершенно другой. Заметить хотя бы обрезанное золото волос... Хотя он ничего не знал об их отношениях, ему хотелось, чтобы все было именно так, как он представлял.
Услышав мнение Хартманн, Хайнрих поперхнулся и закашлялся от возмущения. Что эта стерва себе позволяет? Хотя блондинка не обошла оскорблениями никого... Кажется, драка сегодня все же будет, если никто не применит мозги. Дамы, выдирающие друг другу волосы, были бы Радецки неприятны.
- Как ты можешь такое говорить, Адель?! Ты, союзница Вильгельма?! Ты же прекрасно знаешь, что мы бы никогда... Да ты... - он шумно вздохнул, поняв, что совергил ошибку, выпустив эмоции наружу. Так нельзя было делать.
- Никто из нашей семьи не стал бы делать что-то подобное. - твердо и спокойно произнес он.
- Что до твоего вопроса - Радецки сверкнул глазами в сторону фон Раше. - К нам не применимо слово "достали". Но при выборе существовать обособленно или вместе мы выбираем вместе. Мы не столь зависимы от мнения окружающих, но переселение обратно в гетто доставило массу хлопот и мы тоже понесли потери во многом. Мы не требуем возмездия и справедливости, ибо их не будет. Но мы готовы помогать, если вы что-либо спланируете. Мозгами, людьми финансами... Всем.

+1

24

Надо же…  ужин в честь Дня Благодарения Елена медленно втянула в легкие воздух, отчетливо ощущая запах человека. Вскоре и его обладательница появилась в поле зрения, но тут же пропала. Да. Правильно, Пауль. Спрячь ее на время. Живую анатомическую модель из нее сделать ты всегда успеешь.
Елена небрежным движением смахнула со лба выбившийся волос и задумалась над вопросом – а как такая непонятная мелочь оказалась в оцепленной военными тюрьме в «карантине» и даже не запачкалась? Явно стоило озадачить знающих придумыванием наиболее правдоподобного ответа. Вот Хайнрих, к примеру…
Елена коротко кивнула, усаживаясь по соседству с Радеццки, и облокотилась на спинку, закидывая ногу на ногу и подпирая голову ладонью, словно бы ей было интересно, что говорят вокруг.
А интерес у вампирши был только формальный. Люди, может, и загнали их в угол, однако порвать созданные за время свободы связи они не были способны. Все, чего хотела Елена – это спалить проклятый город к чертям, не зависимо от того, о чем мечтали высшие. И, гипотетически, у нее была такая возможность.  Почувствовав вкус свободы, вампиры вновь стали готовы рвать глотки тем, кто оказался в достаточном ужасе для того, чтобы согнать их с нагретого места.
С другой стороны, оставался Пауль со своими интересами, которому нужно было поведать о некоторых сторонах нынешней жизни фон Браунов. Старую павлиниху Хартманн хотелось приложить головой о стену, но Елена благоразумно делала вид, что той в комнате попросту нет.  Пока та строила свои теории заговоров, больно уколов вампиршу лишним напоминанием о Бауэре, Рихтер не выдержала и посмотрела на Адель с улыбкой, которой награждают клинических идиотов вместо того, чтобы отвечать на очередной бессмысленный вопрос. Неплохо для твоих сушеных мозгов, старая вешалка. Может, ты еще себя в армию мстителей-освободителей запишешь?
Радеццки, судя по всему, разделял некоторое… «недоумение» Елены. И, в отличие от блондинки, молча порочить семейную честь не позволил. Не поворачиваясь больше в сторону въедливой змеи, дабы не лицезреть более результатов брожения в ее черепной коробке, Рихтер внимательно посмотрела на фон Раше. Неслабо же по тебе ударило Обыкновенная игривая ехидца переползла в кое-что разочарованно усталое. Пауль, казалось, сильно на кого-то обижался. Жаль, что у этого кого-то до сих пор так и не нарисовалось лица.
- Лучше промолчать о цепких когтях, господа. Адель фон Браун, а с ней еще несколько членов нашей семьи, с какой-то целью были силком увезены хорошо вооруженными солдатами. И я подозреваю, что не только нас коснулась такая участь.. – Елена внимательно обвела взглядом лица присутствующих, пытаясь уловить нужное ей выражение эмоций. Пропал ли кто-то среди их знакомых?
- Я не знаю всех подробностей, но с полной вероятностью могу утверждать – вряд ли с ними хотели просто поболтать… – Внимательный, злобный взгляд и молчание стали завершением чудесной новости. Рихтер ждала реакции, а перед глазами уже поплыли искаженные болью лица. В ушах зазвенели предсмертные крики. Лишь на пару мгновений, и все снова стало в порядке.
Вранье. Уже никогда ничего не будет в порядке.

Отредактировано Elena Richter (2013-09-18 23:24:35)

+2

25

Ночь.
Ночь давно уже перестала быть временем простых людей. Во тьме, созданной Третьим Рейхом, ныне скрываются такие существа, что кровь стынет в жилах у бывалых солдат, не говоря уж о ком бы то ни было.
Это создание ночи пробиралось по Шпандау мягко, по-кошачьи, в то же время не забывая постоянно и пристально осматриваться. Человеком бы это создание сейчас назвал бы только непробиваемый идеалист.
А больше всего существо напоминало тень человека. Очень осторожную и целеустремленную.
Переулки, дворики, заброшенные дома. Тень двигалась крайне быстро, и не было для неё препятствий в каменных джунглях полуразрушенного гетто. Так знать его мог бы только тот, кто здесь родился.
Ну или тот, кто на собственном животе прополз каждый квадратный метр этой земли, просто для того, чтобы выжить.
Вот на пути его оказался очередной дом - дом фон Раше. Тень остановилась, снова осмотрелась - и, сильно оттолкнувшись от земли, запрыгнула на стену второго этажа. Тяжелым армейским сапогом, казалось бы, слегка ударила в створки оконной рамы - стекло жалобно задребезжало и разбилось, с громким хрустом сломалась деревянная рама, звякнули отлетевшие защелки.
- Ночка добрая, господа кровососы.
Тень, оказавшаяся мужчиной высокого роста и с огромным уродливым шрамом, пересекающим все лицо от низа правого глаза до левой части подбородка, запрыгнула в комнату. Одет мужчина был в новую, хотя и местами испачканную, продырявленную или прожженную, военную форму с лычками унтершарфюрера СС. Взгляд голубых глаз скользил от лица к лицу и, как было видно по возникающей на физиономии новоприбывшего ухмылке, почти все из присутствующих были ему знакомы.
- Интересно было бы узнать, с чего бы это такие серьёзные господа и дамы собрались здесь, так далеко от высшего света Третьего Рейха? Неужто эклеры с кровью подавать перестали? Это достойно забастовки.
Гюнтер фон Браун кашлянул и, поправив StG-44, перекинутый на ремне за спину, уселся на подоконник.

+2

26

Слишком долго. Слишком долго длятся эти разговоры ни о чём, слишком быстро действует новая власть, новая угроза для всей их вампирской популяции. Странная организация, которая появилась из ниоткуда, взяла и прибрала к рукам всё то, чего они добивались годами и десятилетиями. Нужно действовать, пока их руки свободны, пока цепкие лапы предательства не коснулись их своим тленом и холодом. Не останавливаться и не тратиться по мелочам.
Какая ему разница до девчонок, которых приводит Радецки? Судьба всего Шпандау сейчас была куда важнее.
"Говорите. Вы слишком много все говорите. Слишком много произносите, но ни один не предлагает. Почему? Зачем задавать вопросы прямо сейчас, ссориться до рассвета, искать правых и виноватых? Следует убивать. Следует устроить правительству красную вечную ночь. Следует сделать с ними тоже самое, что они сделали с нами!"
Первое предложение, как ни странно, поступило от Радецки... даже если Хайнрих врал, то Раше всегда сможет спросить с оставшейся семьи: представляя кого-то на таких собраниях, нужно подумать трижды. Плевать, что Хайнриха этому не научили.
Затем говорила Елена, красавица Елена, которая сейчас выглядела плачевно - Пауль даже её пожалел. Затем пожалел, что пожалел. Блондинка слишком подвластна внутренним чувствам, терзавшим её несчастную гнилую душу и головку. Не стоит её в этом винить.
- Итак, когда каждый из нас сказал свое слово, я...
Окно разлетелось вдребезги. Одновременно с этим на нарушителя спокойствия уставились пара нарезных стволов крупного калибра. Не стоило шутить с Паулем фон Раше, даже сейчас.
Гюнтер фон Брану, ублюдок, идиот и снова ублюдок. В какой последовательности, в какой причастности - разницы не имеет. Вечная тень главы семейства, всего лишь пешка в мудрой игре старого солдата. Или же мудрый игрок, который скормил людишкам неудачника?
- Ты только что порушил мою мечту о доме без сквозняков, ты знаешь об этом? - фон Раше взглядом указал на свободный стул - не стоит всякой швали маячить в окнах и привлекать лишнее внимание.
То, что среди них появился по-настоящему действующий, хоть и абстрактный в вампирских кругах, персонаж, наводило на мысли о счастье. Только вот счастья не было.
- Даже пропащие души навещают мою скромную обитель, - Пауль поднялся, почесывая правый висок - дрянная привычка никак не желала его отпускать, - а это значит, что этот мир не совсем сошел с ума. Прежде всего, пресекая ряд вопросов, отвечу тебе, Адель - я готов. На всё. От саботажа, от заговоров до прямой революции. С твоей поддержкой, с поддержкой Радецки. Не важно. А на что готова ты?
Короткий и сухой кивок для Радецки - полное согласие и поддержка. Надежда на поддержку и веру в действия. Слишком долго они говорят. Слишком мало сделано.
Внимательный взгляд остановился на Елене.
"Нам следует поговорить о Кепплере. Вонючка слишком дорог, слишком важен, слишком силён. С его помощью, с помощью Радецки , мы смогли бы помочь Адельхайд чуть раньше, чем последняя песчинка её часов канет в Лету. Нам нужно поговорить, но..."
- Итак, Гюнтер, что можешь предложить ты? Что можешь сказать ты, когда глава твоей семьи пропала, ты оказался в дерьме, а кое-кто жаждет окунуть тебя в это дерьмо  по макушку?

+2

27

Возмущенный, захлебнувшийся собственной слюной Радецки, яростно сверкнувшая глазами Рихтер (да-да, девочка, я тебя задела, не отпирайся, кажется, ты и прямь любила того крылатого) - истинное наслаждение. Когда в жилище Раше ворвался некто, Адель лишь повернула голову. Шум приближения высший вампир слышала ранее, но не придала ему особого значения.
Какой-то сегодня передоз на несколько квадратных метров. Передоз глав семей, передоз блондинок... Передоз фон Браунов.
Разумеется, озвучивать эти мысли она не стала, лишь выслушала ответ Пауля и вернулась к интересующей ее теме.
- Отличное приветствие, Гюнтер. Часом в чистильщики не записывался? - ехидная улыбка. - Саботажи и заговоры, Пауль - это слишком мелко, хотя и действенно. Но сеять сомнения насчет существующего строя - бесполезно. Как показал опыт, люди успешно находят нового фюрера. А вот если посадить властвовать того, кто сможет помогать вампирам и одновременно играть роль хорошего фюрера - вот это будет грандиозно. Однако же, это долго, а время поджимает.
Хартманн посерьезнела.
- Среди моей семьи были потери из-за тех стычек около гетто... Но у нас есть информация обо всех убитых, никого не забирали. Адель могли увести либо на допрос, либо... - она помолчала. - Либо они будут "изучать" ее, как Байша в свое время

0

28

Кажется, эффектное появление Гюнтера произвело впечатление только на одного Хайнриха, нервы которого были натянуты, как струна, того и гляди лопнут от напряжения. Хорошо еще, что врач не завизжал, как девчонка, а только нервно дернулся. То-то будет ему подтрунивание надолго!
Надо было Мики самой идти... Она спокойнее и разбирается в этих играх намного спокойнее. - злился на сестру Радецки.
Фон Браун ненадолго выбил вампира из колеи и он не сразу смог осознать новость, сказанную Еленой, а когда осознал - уже взял слово Пауль, который был согласен принять помощь их семьи
Первая здравая мысль за всю ночь, наконец-то, блять.
За первой нормальной мыслью пришла и вторая, но все это было дико и долго.
- Если мы хотим сначала хотя бы спасти Адель, надо собрать все, что имеется у нас в тайниках - только не говорите, что вы не делали заначки оружия или еще чего-либо - и выбираться из гетто... какими-нибудь путями, как к нам приходил Кепплер. Не сидеть сложа руки, действовать сейчас, сегодня. - подушечки его пальцев нервно нажимали друг на друга. - Только... Елена, что и от кого ты узнала, насчет Адель? Или известен только факт ее похищения?
Он сложил пальцы в замок и большие пальцы стали быстро оборачиваться друг вокруг друга.
- У нас тоже пропали двое. Мы не знаем где они могут быть, но, вполне возможно, их повезли вместе с Адель.

+1

29

Только стоило Гюнтеру зайти в комнату таким оригинальным способом, как на него уставились дула пистолетов, полуавтоматов и прочего хозинвентаря. Многозначительно поправив за спиной автомат, когда-то принадлежавший Рихарду фон Брауну и который передал его своему первому помощнику во время отступления из Рейхстага, Гюнтер начал говорить.
- Итак, Гюнтер, что можешь предложить ты? Что можешь сказать ты, когда глава твоей семьи пропала, ты оказался в дерьме, а кое-кто жаждет окунуть тебя в это дерьмо  по макушку?
Вампир пожал плечами. Красноречием он не особо страдал, но при случае всегда мог высказать своё веское - сказывались годы, проведенные рядом с Рихардом.
- С чего ты решил, что я буду что-то предлагать, Раше? Как погляжу, вы здесь, все такие сильные и властные, пафосные и отважные кровососы прямо таки не нуждаетесь ни в чьих советах или предложениях, - он кивнул в сторону Адель Хартманн, - Много ли времени минуло с тех пор, когда эта фрау, возглавляющая группировку трусов и пораженцев, называла фон Браунов мясниками, жаждущими только крови и приближающими уничтожение всех вампиров? А теперь послушать её - так прямо Вильгельм Завоеватель. Нового фюрера садить собралась. Ха-ха, господа... это всё было бы крайне забавно, если бы не было так печально.
В то же время заговорил вампир, которого Гюнтер знал в лицо, но имя которого так и не удосужился узнать за все годы в Шпандау.
- Если мы хотим сначала хотя бы спасти Адель, надо собрать все, что имеется у нас в тайниках - только не говорите, что вы не делали заначки оружия или еще чего-либо - и выбираться из гетто... какими-нибудь путями, как к нам приходил Кепплер...
- Не выйдет, - перебил его фон Браун, - Все подземные коммуникации запечатали, я был там лично. Но спасать Аделхайд нужно, а для этого нужно уйти из гетто. Не сейчас и не сегодня - сегодня вне гетто можно сдохнуть так же верно, как при попытке пройти голышом через парадные ворота Шпандау. Я наблюдал за новыми патрулями, так что успел выучить их смены и распорядок. Выйти получиться лишь очень малой группой, причем только молниеносно. Никаких революций или "исходов" - солдаты слишком хорошо готовы к чему-то подобному.
Вампир обвел присутствующих дерзким взглядом, не слезая с подоконника. На свободные стулья ему было решительно плевать. На его обезображенной роже просто сквозил сарказм того, кто не раз обманывал смерть.
- Но если моя трепотня никому в уши не входила - так я могу и заткнуться, оставив "ваши величества" обсуждать великие дела по установлению новых имперских порядков и шпионские игрища.

+1

30

При виде перечеркнутой шрамом физиономии Гюнтера фон Брауна Рихтер побелела, порываясь встать. Где старого черта носило, что его не было видно с приснопамятных времен бунта, устроенного на главной площади.  Удержавшись в неподвижном положении, Елена одними глазами спрашивала, из какой дыры вылез наружу самый  ярый последователь Рихарда фон Брауна. Прикусив язык, блондинка исподлобья поглядывала на старого знакомца, не уверенная до конца, и даже надеявшаяся на то, что вояка ее не вспомнит. Если напрячь память, не так давно она старалась вообще не светиться перед «решалами» Шпандау.
Скрестив руки на груди, блондинка молча слушала, нервно сжимая руки, впиваясь ногтями в ладони. Подземные ходы действительно были перекрыты, но оставался еще ход через реку. Однако в СС было не столь много идиотов, чтобы не понять связь между вылезшими непонятно откуда вампирами и водой.
Потерев переносицу, вампирша сглотнула и ответила на вопрос Радецки
- Мы не знаем, с какой целью это было сделано… но у нас не так много вариантов. Судя по всему, перед ними не стояла задача забрать кого-то определенного, поскольку  пропажи были даже среди вурдалаков -  Рихтер вспомнила маленькую глазастую Гели, похожую на любопытную белку , которая в последнее время частенько ходила хвостиком за Адель.
- Мы звери в клетках. Какова вероятность, что нас пригласят на чай?
Поднявшись с места, Елена подошла поближе к Гюнтеру, уже зная, как поступит.
- Очень самонадеянное предложение. Ты - сумасшедший. – И Рихтер оглянулась на сидящих. Исходивший на яд от мании преследования Пауль. Адель Хартманн, всех вокруг этим ядом подпитывающая. Хайнрих, который просто отчаянно искал выход из клетки, в которую его загнали.  Она поняла, что всех их ненавидит. Так же сильно, как Гюнтера, чья изуродованная морда потеряла остатки человеческого. Так же невыносимо, как солдат, охранявших выход из гетто. Так же неутолимо, как весь этот город, пропитанный плохими воспоминаниями. Ненависть точила ее изнутри и требовала выхода.  - …и тебе очень повезло, что и я тоже.
Вампирша вновь внимательно посмотрела на возвращенца. – Герр фон Браун, где вас носило?

Отредактировано Elena Richter (2013-09-28 11:57:14)

+1


Вы здесь » Spandau » Spandau » Дом семейства фон Раше (особняк с таверной на первом этаже)